Электронная книга - «Между двумя мирами». Краткое содержание книги:
Как всегда, когда мои мысли перескакивали на Филиппу, я ощущал легкое возбуждение. Да уж. Вот у меня точно проблем с престолонаследием не предвидится, во всяком случае не из-за игнорирования спальни императрицы — это точно.
— Государь, все собрались, — Митька вошел в мою берлогу, как я называл небольшой, примыкающий к основному кабинету, кабинетик, найденный в расположение коменданта крепости, доблестно сбежавшего, и даже не прихватившего початую бутылку эля, найденного мною под столом. Кабинет был жутко прокурен, и пока дух бывшего коменданта изгонялся из него, я привык работать в маленьком кабинетике, который использовался, скорее всего, для работы секретаря, или адъютанта.
Стряхнув все посторонние мысли, я вошел в большой кабинет, где уже на столе была разложена карта Варшавы и ее окрестностей, а вокруг стола столпились: Ласси, Фридрих, Салтыков, Бутурлин, Шереметьев. Коль скоро шведское направление ушло на зимовку, то было решено покончить с Польшей уже в этом году. Да, зимой никто не воюет, а мы будем. Тем более, что сейчас в преддверии календарной зимы, погода нас баловала сухостью и легким морозцем. Во всяком случае, небо не прохудилось, и не сыпало на головы армии снегом или дождем.
Я подошел к столу и встал так, чтобы свет из окна не падал на карту. Бесполезно. Солнце настырно лезло, выискивая для своих лучиков любую щель, и от этого засвечивало половину карты.
— Ни черта не видно, — ругнулся я, наклоняясь все ниже и ниже. — Задерните шторы, в конце концов, — наконец я распрямился, раздраженно посматривая на Митьку.
— Но, будет темно…
— А что, у нас свечи закончились? — дождавшись, когда свечи расположат вокруг стола так, чтобы тень не падала на карту, мы снова склонились над ней. Проследив за тем, как Ласси очерчивает круг, неподалеку от Варшавы, а Фридрих и салтыков согласно кивают, я в очередной раз распрямился.
— Почему король Август не сбежал в родную Саксонию? — Бутурлин внимательно изучал тот круг, который начертил Ласси.
— Из-за Пруссии, — ответил я рассеянно. — Леопольд, как только мой ответ получил, тут же рванул в казармы, ставить свои полки под ружье. И, пленить такого пленника как действующий король Польши… это получить почти все и сразу.
— Но есть же Лещинский, — Ласси прекрасно разбирался в ведение войн, а вот с политическими интригами у него было слабовато.
— Есть, и это меня, если честно, настораживает, — я задумчиво перевел взгляд на Митьку. Мы уже все обговорили, и он ждал только отмашки для того, чтобы рвануть в Москву за одной вещью, которая поможет мне покончить с проблемой Лещинского. Но пока я колебался. Может быть, виновато в моем колебании было малодушие, а, может быть, я ждал повода со стороны Франции, чтобы хоть как-то успокоить совесть. На самом деле, причин было много, и все они пока влияли на мое решение подождать с этой, довольно радикальной мерой.
Дальнейшее обсуждение, сводящееся к тому, чтобы удар был стремителен и по нескольким направлениям одновременно. Я пребывал в сомнениях.
— А нам людей хватит? — я задумчиво рассматривал карту, где весьма примерно было указанно количество живой силы польской объединённой армии, расположившейся вокруг столицы. Точно было известно только количество артиллерийских орудий, но тут все было более-менее, примерно столько же, сколько и у нас. Со всей Польши стащили, не иначе. Проблема Варшавы заключалась в том, что там не только король штаны протирал, но и заседал сейм, а также проводили большую часть времени — зимой так точно, магнаты вместе с семьями. И почему-то они все как бараны остались в столице. На что они вообще рассчитывали? Я снова перевел взгляд на карту, и указал на пятно на северо-востоке. — Вот, например, здесь, как я вижу, какое-то слепое пятно.
— Ну так ведь и у поляков не хватит сил перекрыть абсолютно все направления, — возразил мне на этот раз Фридрих. Я уже открыл рот, чтобы что-то добавить, но тут из коридора послышался какой-то шум и неразборчивые вопли, сбившие меня с мысли. Я поморщился и снова посмотрел на карту, пытаясь поймать ускользнувшую идею. Раздавшийся снова шум, заставил меня процедить сквозь зубы. — Митька, посмотри, кто там глотку дерет, словно ему яйца прищемили.
Митька кивнул и быстро вышел, прикрыв за собой дверь, вот только сейчас сосредоточиться на работе уже не удалось, и не только мне. Все с любопытством поглядывали на дверь, а Митька — шельма такая, словно провалился.
Дверь снова открылась, и он быстрым шагом подошел к Петьке Шереметьеву и что-то прошептал ему на ухо. По мере того, как он говорил, глаза у Петьки становились все круглее и круглее.