Алая тигрица [litres][Red Tigress]

Вот оно снова, та неуверенность, которая тенью скользнула по ее лицу.

Рамсон толкнул глубже.

– Как ты думаешь, что он сделал бы с тобой, если бы узнал, что ты вмешалась в его великие планы по завоеванию контроля над Кирилийской империей?

– Ты лжешь, – сказала Сорша, но ее дыхание участилось, а глаза широко раскрылись.

«Тебе еще многому предстоит научиться, сестренка», – подумал Рамсон. Вслух он сказал только:

– Ты действительно хочешь это выяснить?

Их взгляды встретились, ее взгляд был горько-черным, как у их отца, а у Рамсона – острым ореховым, как у его матери.

Глаза Сорши хитро сузились, и Рамсон обнаружил, что в лице его сводной сестры отразилось точное отражение его самого.

– Стража! – крикнула она. – Окружите их! Мы отведем их в Блу Форт. – А затем, понизив голос так, чтобы мог слышать только Рамсон, она прошипела: – Я нашла тебя. Если отведу тебя и твою императрицу-шлюху к дорогому папочке, мне воздастся.

Теперь в поле зрения появились солдаты, прятавшиеся на крышах, за домами и переулками. Они вышли из клубящегося тумана, завернутые в кожу и обвешанные оружием. Рамсон заметил вспышки брегонской эмблемы – ревущего морского дракона – на их груди.

Сорша набросила на себя плащ, металлические сапоги и мечи звякнули, когда она прошла мимо них.

– Следуйте за мной, – резко сказала она, и королевские стражники развернулись и помчались за ней, как волна.

В наступившей тишине он осознал свое положение. Он только что променял свой путь на то место, куда поклялся никогда не возвращаться. Увидеть человека, которого он оставил в другой жизни.

Звук шагов удалялся от него все дальше, и Рамсону пришло в голову, что это его последний шанс убежать. Он приехал в Брегон, чтобы покончить с Алариком Керланом и заполучить порт Голдвотер и все остальное, что Рамсон построил за эти годы.

Это не было частью сделки.

Рамсон повернулся и встретился взглядом с Аной, когда она подошла и прижала руку к его кровоточащей ране. Ее прикосновение одновременно и вернуло его к действительности, и поставило на якорь.

– Фарральд, – тихо сказала она, глядя на него снизу вверх. Ее руки, все еще обнаженные, покрылись черными венами, когда она приложила свою силу родства к его ране. – Адмирал Роран Фарральд. – Ее багровый взгляд метнулся к нему, в нем горел вопрос.

Он отвернулся, его дыхание стало прерывистым, когда она стояла так близко, ее пальцы прижались к его коже.

Он мог сказать, что она собиралась с мыслями, пытаясь привести свои эмоции в равновесие.

– Я читала в книгах, что у брегонского адмирала была дочь. Я не знала… Ты мне не сказал… – Она замолчала, и он предпочел бы ее гнев сочувствию, отразившемуся на лице.

– Они бы не вписали меня в учебники истории, – коротко сказал Рамсон. – Я его незаконнорожденный сын.