Азовский гамбит [СИ]

— Вы угрожаете нам? — напрягся Сигизмунд.

— Вовсе нет! — развел руками посол. — Мой государь готов забыть былые обиды и протянуть руку помощи вашему королевскому величеству. Что же касается имеющихся между нашими государствами противоречий, то при наличии доброй воли их всегда можно разрешить!

— И каким же образом?

— Самым естественным, по границам определенным самим Господом.

— Что вы имеете в виду?

— Днепр. Левый берег наш, правый — ваш! От верховьев у Смоленска до Ворсклы и самого Черного моря.

— Это неслыханно! — крикнул кто-то из сенаторов, а остальные тут же поддержали его. — Левобережье наше! Может вам еще и Витебск за вами признать? Или Полоцк отдать?!

Главным «яблоком раздора» в последние годы даже и после заключения мира с Речью Посполитой оставались земли Левобережья Днепра, взятые на копье победоносной русской армией вскоре после смоленского разгрома поляков. Чернигов еще с 1610 года стоявший полностью сожженным и разграбленным и отвоевывать не пришлось, просто на руинах поставили острог, разместили в нем отряд стрельцов и рассадили вокруг казаков и сотню помещиков.

С тех пор город, переживший погром сродни батыеву, постепенно оживал. Но войска Иоганна тогда не остановились на достигнутом, а с ходу взяли и Полтаву, и Лубны, выйдя затем к восточному берегу Днепра, явочным порядком проведя по нему границу Русского царства. С тех пор поляки только и ждали часа, чтобы вернуть себе отнятые владения. Они еще готовы были признать старые, времен Ивана Грозного рубежи, но отказаться от Левобережья им было не под силу, о чем особо пеклись князья Вишневецкие, потерявшие огромные владения.

— Какие еще, «мудрые предложения» прислал наш брат? — не без сарказма в голосе поинтересовался король.

— Мой государь предлагает обменяться постоянными посольствами и готов предоставить участок земли в Москве на условиях экстерриториальности, при условии, разумеется, такого же шага от вашего королевского величества.

— Что это значит?

— Что здание посольства Речи Посполитой в Москве и Русского царства в Варшаве будут неприкосновенны для властей принимающей стороны. Исходя из принципа diplomaticae immunitatem. — Под финал своей речи для большей убедительности Рюмин еще и продемонстрировал хорошее знание латыни.

— Любопытное условие.

— Так же мы готовы обсудить торговый договор и взаимное снижение пошлин. Кроме того, нас беспокоит бедственное положение православных в вашем государстве.

— А как на счет прав католиков во владениях вашего царя?! — снова выкрикнул тот же голос.

— Наш государь славен своей веротерпимостью, — спокойно парировал выкрик дьяк. — Да будет вам известно, что и в Мекленбурге и в Москве нет никаких гонений на иноверцев при соблюдении последними законов нашего государства.

— Вас послушать, так у вас и жиды равные права умеют!

— А почему ясновельможного пана так интересуют евреи? — картинно удивился Рюмин. — Или его выбрали в сейм от Краковской синагоги?