Азовский гамбит [СИ]

— И еще, — помялся будущий сват русского царя.

— У вас нет денег? — без обиняков спросил дьяк. — Мой государь позаботился и об этом. Помимо патента вы получите вексель, в котором указана сумма вполне достаточная для формирования требуемого отряда. А еще я завтра же распоряжусь отправить вам некоторое количество мехов. Все вместе это покроет все расходы и позволит вашему высочеству прибыть в русскую столицу с необходимым блеском.

— Щедрость нашего дорогого Иоганна Альбрехта не знает границ!

Русский посол в ответ поспешил поклониться, чтобы братья герцоги не заметили иронической усмешки. «Каждую копеечку, отработаете, каждую беличью шкурку!»

— А какого рода войск эскадрон предстоит мне сформировать? — спохватился Вильгельм. — Кирасир или, быть может, любезных сердцу нашего дорогого родственника рейтар.

— Латышских конных стрелков, — с непроницаемым видом отвечал ему Рюмин и, видя недоумение в глазах герцогов, пожал плечами, — таково желание моего государя!

Чем нехороша Иноземная слобода, или как называют ее москвичи — Кукуй, так это тем, что находится далеко от Кремля. Пешком налегке не сбегаешь, да и не положено такой видной госпоже, как любовница самого царя, бить свои белы ноженьки о пыльную дорогу. Во всяком случае, именно так считала фройлян Анхелика, а потому потребовала, чтобы ей подали карету.

— Что простите? — холодно осведомилась баронесса фон Гершов, которой отчего-то совсем не нравилась постоялица, навязанная государем.

— Но мне необходимо попасть во дворец!

— Зачем?

— Э… — не нашлась сразу с ответом фрейлина. — Я уверена, что его величество желает видеть меня!

— Если бы наш добрый кайзер пожелал этого, он наверняка дал бы знать моему мужу.

— Но ваш благородный супруг еще не возвращался.

— Вот именно. Поэтому, я рекомендую вам, милочка, набраться терпения и ждать.

— А как же дети, его величества. Кто позаботится о них?

— Полагаю, в Кремле достаточно слуг и придворных, чтобы принц и принцессы ни в чем не нуждались.

— Но я желала бы…

— Послушайте меня, фройляйн, мне совершенно безразличны ваши чаяния. Государь повелел, чтобы вы остались погостить в нашем доме, и я повиновалась. Однако из этого не следует, что мне приятно ваше общество. Если вам угодно покинуть мой дом, я не стану этому препятствовать, ибо не имею приказа удерживать вас силой, но в мои планы также не входит оказывать вам какое-либо содействие!

— Что это все значит?!

— Бог мой, вы еще и туповаты. Ладно, постараюсь быть более доходчивой. То, что вам удалось проникнуть в постель его величества, не делает вас госпожой. По крайней мере, для меня.

— Как вы смеете?!

— Что?! Это как вы — грязная девка, смеете отдавать мне распоряжения в собственном доме? Мне урожденной графине Буксгевден!

— Вы пожалеете об этих словах!

— Убирайтесь прочь отсюда, иначе пожалеть придется вам!

Ошалевшей от подобной отповеди Анхелике пришлось спешно ретироваться и думать каким образом можно вернуться в Кремль. Экипажей в Иноземной слободе было не так много и вряд ли кто согласился бы одолжить его незадачливой фрейлине покойной государыни. Оставались только ломовые возчики, из числа тех, что доставляли к царскому двору необходимые припасы, но их следовало еще найти и договориться.