Гражданская рапсодия. Сломанные души

В штабе на Пушкинской часто говорили, что война с большевиками будет вестись вдоль железнодорожных путей. Толкачёв слышал на совещаниях как Марков раз за разом повторял, что при отсутствии должного количества кавалерийских подразделений нельзя недооценивать значение бронепоездов и в целом железных дорог, по которым легко осуществлять переброску войск и доставку боеприпасов и продовольствия. За узловые станции будут вестись наиболее ожесточённые баталии, что уже показали бои за Лихую и Зверево на Новочеркасском направлении. Деникин с ним соглашался, Корнилов, в принципе, тоже соглашался, хотя человеку, привыкшему мыслить более масштабно, на уровне фронтов германской войны, примеры захолустных станций не говорили ничего. Корнилов по-прежнему оперировал категориями полков и дивизий, в то время как реальная численность Добровольческой армии едва ли превышала три тысячи человек, и силы эти были распылены по нескольким участкам обороны.

На Донецком направлении это распыление сказывалось самым неблагоприятным образом. Командовавший здесь добровольческими частями полковник Кутепов, располагал всего двумя офицерскими ротами неполного состава. Сиверс, рвавшийся к Таганрогу, воспользовался численным превосходством и выдавил этот отряд из Матвеева Кургана, после чего начал растягивать фронт, стремясь охватить Ростов с севера. На Пушкинскую была доставлена перехваченная из Харькова телеграмма, согласно которой Сиверсу дополнительно передавали два полка латышских стрелков и четвёртую кавалерийскую дивизию, специально снятых советским правительством с германского фронта. Кутепову пришлось дробить свои и без того небольшие силы и выставлять заслоны на путях движения красных. Сиверс подтянул резервы и, создав кулак из наиболее боеспособных частей, снова прорвал оборону добровольцев вдоль железной дороги, вышел к Ряженому и после ожесточённого боя взял его. Подоспевшее из Ростова подкрепление отбить наступление красных не смогло, и Кутепов приказал отходить к Неклиновке.

До Таганрога оставалось двадцать три вёрсты. В ясную погоду можно было разглядеть трубы металлургического завода и услышать фабричные гудки. Это прибавляло большевикам смелости и лишало разума. Штурмовой батальон красной гвардии в полный рост двинулся на Неклиновку, намереваясь одним ударом разгромить защищавшие станцию офицерские роты. Офицеры подпустили батальон вплотную, обошли его с флангов и почти полностью уничтожили. Остатки штурмовиков в панике бежали до самой Амвросиевки, смяв наступавшие следом за ними советские части.