Грани сна [litres]

Появлению почти забытого им Лёни Ветрова Лавр удивился. Думал, после того, как он во время пивных посиделок в Александровском саду рассказал Лёне в своих странных способностях, тот его и видеть-то не захочет. Но вот: Лёня притащился к воротам их артели и терпеливо ждал прихода Лавра!

– Здоро́во, старый друг! – приветствовал его Лавр.

Лёня не спеша сложил газету, встал со скамейки и протянул руку:

– И тебе не кашлять. Что-то ты поздновато на работу приходишь.

– А, тебя перевели контролёром в наш отдел кадров.

– Вижу, чувства юмора ты тоже не потерял.

Август был жарким. Оба были одеты легко, но Лавр – только в летние брюки и рубашку, а Ветров щеголял в светлом костюме.

Некоторое время они пикировались, улыбаясь и тряся друг другу руки, потом Лёня пригласил сеть вместе на ту же скамейку. Сели.

– Есть у меня к тебе, Гроховецкий, дело, – сказал Ветров.

– Знаем, знаем: ты без дела не приходишь, – заметил Лавр, соображая, что Ветров удержался и не назвал его уличной кличкой «Грошик», как в их былые встречи.

– Мне сказали, что ты знатный изобретатель.

– Да ладно! «Знатный»!

– Нет, в самом деле. Не только историк и археолог, а ещё монтируешь агрегаты.

– Приборы.

– Что?

– Приборы я конструирую, а не агрегаты монтирую.

– Правда? А как получилось, что ты – историк, археолог, превратился в конструктора?

– Ага! Тебе всё-таки надо, чтобы я сочинил историю.

– Нет, нет! Кончай шутить. Есть интересный заказ.

– Излагай.

– В стране развелось много вредителей. На производстве они портят оборудование, в науке тормозят разработку нужной стране техники. Но хуже всего, когда вредители забиваются в щели управленческого аппарата и незаметно разлагают государство.

– Я слышал об этом по радио, – задрал брови Лавр. – И, признаться, в ум не возьму, зачем слышать ещё и от тебя.

– Да! И по радио, и в газетах. Сегодня «Правда» опубликовала открытое письмо иностранных специалистов с завода «Красный путиловец». Читал? – Ветров развернул газету, и с выражением прочёл: – «Обязуемся помочь русским товарищам побороть и уничтожить вредителей, чтобы вредители не могли помешать пятилетке – гигантской работе революции».

– Я не торможу разработку новой техники, а наоборот, ускоряю!

– Грошик! Тебя никто ни в чём не подозревает!

– Всё-таки ты не удержался и обозвал меня Грошиком! – с досадой сказал Лавр. – Но давай ближе к делу. Ты про какой-то заказ говорил. Может, про него расскажешь?

– Я и рассказываю. Органы арестовывают этих вредителей, прокуратура ведёт следствие, а потом их судят. Вот в чём дело.

– Ну, ты даёшь. В тот раз пиво со мной пить не стал, сбежал, только бы меня не слушать. А теперь сам болтаешь, не остановить. Меня вообще-то Кубилин ждёт.

– Товарищ Кубилин знает, что ты сегодня занят и не придёшь.