Сократические сочинения
- Автор: Ксенофонт
- Год: 1935
- Язык: русский
- Переводчик: Сергей Иванович Соболевский
- Жанр: Античная литература
Электронная книга - «Сократические сочинения». Краткое содержание книги:
(18) Такими беседами и своими собственными поступками Сократ способствовал развитию в окружавших его лицах благочестия и нравственности.
Глава 4
[Разговор с Гиппием о справедливости]
(1) Что касается справедливости, то он тоже не скрывал своего мнения, но обнаруживал его и на деле: в частной жизни он ко всем относился терпимо и был всем полезен; в общественной жизни, при исполнении всех предписаний закона, как в городе, так и в походах, он оказывал такое повиновение властям, что исключительная строгость соблюдения им дисциплины бросалась всем в глаза. (2) Когда он однажды был председателем в Народных собраниях[245], он не позволил народу сделать противозаконное постановление, но, руководясь законами, воспротивился такому давлению со стороны народа, какого, думаю, не выдержал бы никто на свете. (3) Когда члены коллегии Тридцати отдавали ему какой-нибудь противозаконный приказ, он не исполнял его: так, когда они запрещали ему беседы с молодежью[246] или приказали ему и нескольким другим гражданам привести одного человека на казнь[247], он один отказался это исполнить ввиду незаконности приказа. (4) Когда Мелет привлек его к суду, он не захотел прибегнуть к обычным в судебной практике противозаконным приемам: обыкновенно подсудимые говорят судьям что-нибудь приятное, льстят, обращаются к ним с просьбами, что воспрещается законом[248], и благодаря таким уловкам часто получают оправдание; но Сократ, которого судьи оправдали бы без затруднения, если бы он хоть в малой степени воспользовался этими средствами, предпочел соблюдать законы и умереть, чем преступать их и жить.
(5) В этом смысле Сократ часто высказывался и в своих разговорах с разными лицами; мне известно, что однажды он вел такую беседу и с Гиппием[249] из Элиды о справедливости.
Гиппий, долгое время не бывший в Афинах, пришел туда и присутствовал при разговоре Сократа с какими-то лицами на такую тему: если кто хочет отдать кого-нибудь в ученье плотническому ремеслу или сапожному или верховой езде, он не затрудняется, куда его послать для этой цели; {некоторые уверяют даже, что если кто хочет лошадь или вола сделать пригодными к работе, то везде найдет массу учителей для них}[250]; но, странное дело, если кто хочет сам ли научиться справедливости или отдать в обучение ей сына или слугу, то не знает, куда идти для этой цели.
(6) Услышав это, Гиппий как будто в насмешку над ним сказал:
—Ты все еще, Сократ, говоришь то же самое, что я давно когда-то от тебя слышал?
—А что еще страннее, — отвечал Сократ, — я говорю всегда не только одно и то же, но и об одном и том же; а ты, может быть, благодаря своей многосторонней учености, никогда не говоришь об одном и том же одного и того же.
—Разумеется, — отвечал Гиппий, — я стараюсь всегда сказать что-нибудь новое.
(7) — Неужели даже о таком предмете, который ты вполне знаешь? — спросил Сократ. — Например, если кто спрашивает тебя о буквах, сколько их и какие в слове «Сократ», прежде ты говорил одно, а теперь стараешься говорить другое? Или, кто спрашивает тебя о числах, правда ли, что дважды пять — десять, ты теперь даешь ответ не тот, что прежде?
—О таких вещах, Сократ, — отвечал Гиппий, — я, как и ты, говорю всегда одно и то же; но о справедливости, вполне уверен, я могу сказать теперь нечто такое, на что и ты и никто другой не в силах будет возразить.
(8) — Клянусь Герой, — сказал Сократ, — твое открытие — великое счастье для людей: судьи не будут больше подавать разноречивые мнения; граждане не будут больше спорить о справедливости, вести судебные процессы, бунтовать; государства не будут больше враждовать из-за справедливости и вести войны. А уж что меня касается, так я, конечно, не отстану от тебя, пока не услышу твоего рассказа об открытии такого великого счастья.
(9) — Нет, клянусь Зевсом, — отвечал Гиппий, — ты этого не услышишь, пока сам не выскажешь своего мнения о справедливости: довольно с тебя и того, что ты над другими насмехаешься, — предлагаешь всем вопросы и опровергаешь их, а сам никому не хочешь дать отчета и ни о чем не хочешь высказать своего мнения[251].
(10) — Как так, Гиппий? — отвечал Сократ. — Разве ты не заметил, что я непрестанно показываю людям, что я считаю справедливым?
245
О председательстве Сократа см. I 1, 18 и примеч. 15 и 16 к I 1. Здесь поставлено множественное число «в Народных собраниях», может быть, потому, что при суде над полководцами, победителями при Аргинусских островах, было по крайней мере два собрания, как видно из слов самого Ксенофонта («История Греции» I 7). Однако два раза быть председателем едва ли было возможно; здесь всего скорее надо предположить ошибку в рукописях и поставить единственное число вместо множественного.
246
О запрещении Сократу бесед с молодежью см. I 2, 35.
247
Здесь разумеется случай, о котором рассказывают Ксенофонт в «Истории Греции» (II 3, 39) и Платон в «Апологии Сократа» (32c). Сократ вместе с четырьмя другими гражданами получил приказ от Тридцати тиранов привести с острова Саламина Леонта, богатого, именитого гражданина, бывшего стратегом в 407/6 году, который намеренно уехал на Саламин, чтобы избежать казни, так как видел, что тираны желают овладеть его богатством. Подобные поручения эти узурпаторы давали многим лицам с тем расчетом, чтобы как можно большее число граждан было соучастниками их преступлений.
248
Такие приемы со стороны подсудимых возбудить сострадание судей к себе были нередки. Только в суде Ареопага закон воспрещал воздействовать на судей просьбами или слезами; по отношению к суду присяжных (гелиэе), где судили Сократа, такого воспрещения не было; но, вероятно, Сократ видел в этом уловку, противную духу законов.
249
Гиппий, родом из Элиды, — знаменитый софист того времени, ездивший по разным городам Эллады, по обычаю других софистов, чтобы преподаванием и публичными лекциями приобретать деньги и славу. Он является действующим лицом в трех Платоновых диалогах — «Протагор», «Гиппий Большой», «Гиппий Малый» — как человек ученый, но пустой, хвастливый, много о себе думающий. В нашем месте он выставлен в лучшем свете, чем у Платона. Как видно отсюда, он и раньше уже приезжал в Афины.
250
Вероятно, слова в фигурных скобках — позднейшая вставка. В данной фразе — непереводимая игра слов: слово δίκαιος во всей главе употребляется в его обыкновенном значении «справедливый», но в данном случае употреблено по отношению к животным, что С. И. Соболевский, видимо, справедливо перевел как «пригодный к работе». (Прим. И. И. Маханькова).
251
Своей манерой обращения к Сократу Гиппий чрезвычайно напоминает Фрасимаха из I книги «Государства» Платона. (Прим. И. И. Маханькова).