Электронная книга - «Любовь по-санкюлотски [Quand l’Amour était Sans-Culotte]». Краткое содержание книги:
«…Потрясение, которое смогло за несколько месяцев свергнуть монархию, правившую страной в течение тринадцати веков, и изменить облик Франции, это потрясение имеет в основе своей серию любовных интриг, связанных друг с другом самым удивительным образом… Таким образом, мы получаем еще новые доказательства того, что любовь, роль которой в Истории современные ученые упрямо стараются не замечать, была движущей силой и причиной всех человеческих поступков, подобно тому, как в предыдущие века она подвигала всех принцев на их деяния….»
Став еще более воинственными от любви к своему любовнику, сестрицы творили чудеса храбрости на всех полях сражений, чем еще более усилили ту ненависть, которую питали к ним австрийцы. Под Жеммапом, вопреки тому, что сказал Ролан Жуэнар, они показали не только часть своего тела, но и беспримерное мужество. «В тот момент, когда французские колонны, попав под перекрестный огонь редутов, уже разворачивались и начали было отступать, появился с саблей в руке генерал Эгалите[132] в сопровождении девиц Ферниг, которые, также с саблями, начали прокладывать дорогу через ряды австрийских солдат, двоих из которых они убили. Воодушевленные примером этих девушек, побежавшие было французы повернули назад, вновь сомкнули ряды, и центр армии генерала Дюмурье вновь стал крепким»[133].
Таким образом, благодаря сестрам Ферниг под Жеммапом была одержана победа…
Вечером того же дня для того, чтобы галантно отблагодарить их, генерал Дюмурье, как пишет Ролан Жуэнар, «решил предаться с ними смелым экспериментам». Однако выдумка Дюмурье окончилась позором. От слишком «смелых экспериментов» палатка, в которой они находились, рухнула, и глазам оторопевших солдат предстали совершенно голые девицы и генерал…
Фелисите и Теофила заставили всех забыть об этом неприятном инциденте, храбро сражаясь под Нервинденом. После предательства Дюмурье они покинули армию и вернулись в Мортань, познав на войне вкус крови, запах смерти и радость сладострастия…
Глава 19
Во время сентябрьской резни Теруань де Мерикур убивает своего бывшего любовника
Неблагодарность — чисто женский недостаток.
Стендаль
В августе 1792 года Комитет надзора коммуны Парижа, который, как известно, давно рвался в бой, назначил Марата заместителем администратора. И Марат немедленно потребовал казнить всех депутатов Национального собрания, а вдобавок еще триста тысяч человек.
Для осуществления этих массовых убийств, о которых вечерами, перед отходом ко сну, он так мечтал вместе с нежной Симоной Эврар, Марат велел бросить в тюрьмы как можно больше подозрительных лиц. После этого, написав ужасную прокламацию, листовки с текстом которой были расклеены на стенах всех домов Парижа, он вернулся к себе и стал ждать развития событий.
В предвкушении надвигавшейся бойни Симона, как истинная дочь своего народа, привыкшего отмечать всякую добрую весть хорошим ужином, приготовила Марату жирное баранье рагу и пирог со сливами…
2 сентября к двум часам пополудни толпа парижан, возбужденная статьями газеты «Друг Народа», направилась к монастырю кармелиток в сопровождении «лаятельниц», взбадривавших толпу громил своими криками.
Начиналась «самая гнусная резня мужчин, женщин и детей, когда-либо отмеченная в анналах французской истории»[134].
В монастыре кармелиток сидели в заточении священнослужители. Дикая орда убийц заставила священников выйти в сад монастыря и стала развлекаться, стреляя по ним, как во время охоты на кроликов. Под радостный смех «вязальщиц» было убито сто пятнадцать человек…
Повеселившись в монастыре кармелиток, «последователи» Марата устремились к тюрьме аббатства, где убийства продолжались целых три дня. Одновременно с этим другие группы одержимых, головы которых были забиты литературой типа «Друг Народа», занимались резней заключенных в тюрьмах «Шатле», «Консьержери», «Форс», «Сальпетриер», «Бисетр» и в монастыре бернардинцев.
Париж, а вскоре и всю Францию охватило ужасное, безумное желание убивать…
Вот как описал Прюдом в своей книге (с явной симпатией к якобинцам) «работу» трибунала, разместившегося на ступеньках Дворца правосудия:
«Мостовая двора была залита кровью. Сваленные в кучу трупы представляли ужасное зрелище человеческой бойни. На площади Понтошанж картина сильно напоминала сцену, открывавшуюся во дворе Дворца правосудия: горы трупов и лужи крови»[135].
За этими событиями Марат и Симона Эврар следили с торжеством и удовлетворением. Каждый вечер они обменивались друг с другом подробностями сцен убийств и долго комментировали их. Особенно этой парочке понравилось кровопролитие в «Бисетре». В этом месте «сентябристы» зарезали тридцать три ребенка в возрасте от двенадцати до тринадцати лет, после чего свалили в кучу маленькие трупики, велели принести себе ужин и начали опустошать бутылки, распевая при этом гимны во славу Свободы…
вернуться
132
Будущий Луи-Филипп.
вернуться
133
Морис Дрейфус. Великие Женщины Революции.
вернуться
134
Фюнк-Брентано. Марат, или Ложь на словах, 1941 г. Во время этих событий, об объективных причинах которых все еще спорят историки, произошла расправа над заключенными в тюрьмах. Было убито около 1400 человек, из которых три четверти являлись уголовниками, а остальные — сторонниками короля и старого режима.