Электронная книга - «История шпионажа. Том 2». Краткое содержание книги:
Начало работы в Брюсселе было неудачным — радиоаппаратура, которую абвер приобрел у фирмы «Леве-Опта-Радио», нуждалась в ремонте (можно предположить, что «Красный оркестр» и там имел своих агентов). Вскоре приборы наладили и запеленговали три передатчика, все они находились в пригородной зоне Брюсселя: в Ле-екен, Уккле и Эттербеке. Расстояния между этими пунктами были огромными, время, отпущенное для выполнения задания, заканчивалось, начальство торопило. К счастью, в начале декабря заработал радист в Эттербеке.
До самого прибытия группы техников функабвера ответственный контрразведчик в Ганде каждую ночь слушал и знал о работе РТХ, но не мог никак реагировать. Позже он рассказывал, что воспрянул духом с приездом специалистов из Берлина: «Мы погрузили аппаратуру перехвата на самолет, и тот факт, что радист работал в течение пяти часов, нам очень помогло. Русские ни о чем не догадывались. Они не могли знать, что у нас такая совершенная аппаратура. Особенной новинкой был переносной чемоданчик с приборами. Даже опытные специалисты замирали перед этим чудом техники. Эти чемоданчики как раз и испытали в этом деле».
Ждать пришлось неделю, чтобы точно определить координаты грех передатчиков. И однажды вечером три автомобиля поехали в гри пункта, находившиеся в разных точках пригорода Брюсселя, составлявших большой треугольник. Каждая машина была снабжена аппаратурой. Передача в тот вечер длилась недолго. Специалисты ее сразу локализовали, определив направление (прямая линия на карте Брюсселя и пригородов). Точка, в которой три прямые линии пересекались, приходилась на тихую безлюдную улочку Атребат в пригороде Эттербек. Этой точке соответствовали дома № 99, 101, 103.
В доме № 99 жили фламандцы, относившиеся лояльно к немцам; в доме № 101 жили южноамериканцы; в доме № 103 никто не жил. Проверили все три здания, после чего с большой уверенностью можно было предположить, что радист работал в здании № 101, где жили южноамериканцы. В операции по захвату участвовали 10 сотрудников немецкой военной полиции и 25 человек территориальной жандармерии, на сапоги которых были надеты шерстяные носки для приглушения шагов.
«Мой план был простым, — рассказывал командир группы захвата. — Решительный бросок. Я с двумя жандармами вбегаю в дом фламандцев, офицер с двумя жандармами вбегает в дом южноамериканцев. Двое — в пустующий дом. Третий офицер командует полицейскими, которые занимают позиции на улице Атребат. Мы запаслись переносными лампами, пожарными лестницами, чтобы забраться на крышу, топориками для взламывания дверей. В два часа ночи заняли указанные позиции. Через полчаса — приказ начать операцию по захвату.
Когда мы ворвались в дом фламандцев, то поняли, что ошиблись, там передатчика не было. Из дома № 101 офицер абвера кричит: „Здесь! Он здесь!" Звучат выстрелы. Вижу, что жандармы стреляют в направлении человека, который выходит из дома, и бросаются за ним. Я бегу им навстречу, в дом южноамериканцев. На третьем этаже в комнате спит женщина, красивая, лет 25, типичная еврейка. В комнате первого этажа стоит еще теплый радиопередатчик, которым занимается мой сержант. На втором этаже еще одна еврейка — высокая, красивая, лет 25–28. Слышу крики: „Мы его схватили! Схватили!" Они поймали беглеца, который хотел спрятаться в подвале здания напротив. Он оказал сопротивление, его побили, видна на теле кровь. У него паспорт южноамериканца в полном порядке».
Это были обычные люди, ничем не примечательные. Еврейкой с первого этажа оказалась немка из Франкфурта Рита Арнольд, коммунистка, эмигрировавшая в Бельгию — печальная девушка, абсолютно лишенная жизненной энергии. На допросе она была разговорчивой, но сказать ей было особенно нечего. Еврейка со второго этажа оказалась более интересной личностью. Ее звали София По-знанская, она была энергичной польской коммунисткой, занималась шифром и изготовлением фальшивых документов. Пытавшимся бежать был тоже еврей по имени Камилло, которого Треппер завербовал во Франции, он был ветераном интернациональных бригад и участником сионистского движения в Палестине.
Он только начинал работать, но знал достаточно о Треппере и Кенте. София и Камилло молчали. Камилло умер под пытками, София повесилась. Риту расстреляли.
В кладовке дома № 101 по улице Атребат немцы обнаружили лабораторию для печатания фальшивых документов, в том числе незаполненные бланки служб абвера в Берлине. Это подтверждало, что у разведсети Брюсселя были в Берлине помощники.
При обыске помещений были найдены две фотографии: одна Треппера, другая — Кента. Рита пояснила, что на одной из них был главный руководитель, на второй его заместитель. О первом она ничего не знала, второй жил в Брюсселе с красивой блондинкой, любовницей.