К двадцатипятилетию первого съезда партии
- Автор: Эйдельман Б. Л., Поляк А. I.
- Год: 1923
- Язык: русский
- Год: Государственное издательство
- Жанр: История
Электронная книга - «К двадцатипятилетию первого съезда партии». Краткое содержание книги:
[140]
самым разнообразным знаниям. Приходилось отвечать на вопросы о любви, астрономии, боге, физике и так далее.
Тем комитетчикам, кто не имел университетского образования, приходилось читать ночами, чтобы быть в состоянии ответить на все эти разнообразные вопросы. Комитетом была организована касса взаимопомощи. Взнос взимался в зависимости от жалованья. Кассиром была выбрана я. Вообще время было дорого. В кружках, состоящих из работниц и рабочих, появились праздные разговоры. Я предложила ввести дисциплину. Невнимательному предлагалось, повторить, что говорил пропагандист и на следующий раз приготовить реферат по пройденному. За опоздание взимался штраф от 5 до 20 копеек.
Работа в таком масштабе продолжалась до 1898 года. Чтобы как можно дольше сохранить работников от провала, приходилось комитет окружать непроницаемой тайной. Комитетчики, работавшие на фабриках и заводах, говорили а себе как о связующем звене. О комитете же мы говорили, что там сидят люди могучие, ведущие сношения с заграницей и Москвой и не всегда имеющие место жительства в Ростове. На случай провала комитета, среди пропагандистов были выделены несколько активных рабочих. Им был дан адрес комитетчика Тимохина, который не работал на заводах.
Конспирация была настолько строга, что комитетчики не переписывались, не снимались, не записывали адресов. Отправляясь на работу в кружки, они гримировались, а возвращаясь домой, кружили по городу. Благодари этому, за 3 года из комитета никто не был арестован, за исключением Козина, который работал эпизодически и был арестован 2 раза. За все время ни разу не удалось провести забастовки, так как в комитете имелась тенденция сохранять, силы. В кружках пропагандистов появилась утонченность, а среди рабочих масс — застой. В силу этого комитет решил вступить на агитационный путь. К первому маю 1898 г. были составлены прокламации, в которых была указана цель праздника, как проводится он за границей и предполагалось, не выходить на работу.
Расклейку прокламаций взяли на себя Мочалов, я и Полина Чайченко. Прокламации были расклеены на всех правительственных учреждениях города, на фабриках и за-
[141]
водах, на главных улицах и в городском саду. Даже удалось наклеить несколько штук на парадном жандармского управления. Рабочим были выданы пачки прокламаций для разброски на станках в своих предприятиях, за день до праздника. К утру первого мая на строящейся колокольне Богатянской церкви было повешено знамя товарищем под кличкой «Анархист». На знамени было написано: Пролетарии всех стран, соединяйтесь! Да здравствует Росс. Соц.-Дем. Раб. Партия! Долой существующий строй! Леса были разобраны, так что знамя висело 3 часа, пока жандармы догадались позвать пожарных. Все это наделало массу шума по городу, вызвало большое оживление среди рабочих и подняло на ноги всю полицию и жандармерию. Была вызвана сотня казаков из Новочеркасска. Но никто из работников не пострадал. Только были арестованы наудачу кое-кто из ссыльных интеллигентов. Комитет с этого времени в глазах рабочих приобрел огромное значение. Вскоре приехали из Луганска, Иваново-Вознесенска, Сулина, Тулы и Таганрога несколько рабочих. Они влились в ростовское движение. Оказалось, что в Баку, Таганроге, Сулине и Луганске работа была слабая. Донской комитет завязал связи с этими городами. В Сулин была послана Полина Чайченко с литературой. В Луганск поехали рядовые работники с целью пропаганды. В Таганрог выехали Шестопалов и Козин. В Новороссийск — Ипат. Приезжие из Иваново-Вознесенска и Тулы 10 человек начали будировать и указывать на необходимость углубления и расширения работы. Они потребовали через Афанасьева связи с комитетом. Так как они уже агитировали на заводах, комитет, чтоб дисциплинировать их силы, устроил собрание за Доном, где от комитета присутствовала я. От иваново-вознесенцев были Орехов, Кудряшев, Туляков, Ваничка, Ионтий и Афанасьев-Ростовский. Возникли прения. Иваново-вознесенцы предложили массовки и агитацию на заводах. Массовки были приняты. Агитация отклонена ввиду возможности провалов.
Вскоре комитет сделал добавку к старой программе — массовки и политическая борьба. За лето в Балабановой роще за Темерником и за Доном были проведены около 20 массовок, с присутствием от 20 до 60 человек.
[142]
Так как работа в Баку шла слабо, туда выехали Орехов и Ипат. Там они наладили дело в два месяца. Орехов вернулся и по своему неуравновешанному характеру застрелился с работницей Наташей Рейнгард. За зиму 1898-1899 г.г. работа росла и вширь и вглубь. Было организовано до 20 кружков. Особенное внимание комитет обратил на пропагандистов. Занятия в их кружках шли по нескольку раз в неделю. Среди пропагандистов выдвинулись: Иван Сгавский — хороший работник и организатор, рискующий всем для дела, ведший агитацию, привлекавший новых членов и предоставивший даже свою квартиру для работы кружков, явок и сходок, «Анархист» — предприимчивый и смелый работник Гущин Иван, также выделявшийся в рядах пропагандистов; приезжий, под кличкой «Рыжий» — человек очень энергичный, благодаря которому удалось наладить систематический выпуск листовок, в которых указывалось на тяжелое положение на фабриках и призывались рабочие к забастовкам; Кузьмич, работавший в гуще — в депо и мастерских.