Русско-польские отношения и политическое развитие Восточной Европы во второй половине XVI – начале XVII вв.

Хлопоты литовских политиков вокруг организации съезда отчасти, конечно, объяснялись надеждами, что таким образом им удастся защитить территорию Великого княжества от возможного нападения с русской стороны[535]. Однако этим по исчерпывались те мотивы, которые побуждали их настаивать на немедленных переговорах. Раскрыть эти моменты позволяет письмо лидского старосты Яна Абрамовича, написанное вскоре после окончания конвокационного сейма. Я. Абрамович советовал своему корреспонденту — виленскому воеводе К. Радзивиллу — выбрать представителей из числа одних литовцев и послать их вести переговоры о «вечном мире» с Россией, «не боясь нарушения унии, так как поляки о нас не думают». Более того, он рекомендовал провести такой съезд еще до окончания элекции, так как «новому государю паны поляки ни чем иным так не послужат, как войной с Москвой и литовской гибелью». «Наши» могут согласиться на это, «забыв о вечном мире, который всего нужнее Литве», и так доброе дело «обратится в ничто к нашей вечной гибели и позору»[536]. В сопоставлении с приведенными выше фактами данные высказывания позволяют установить, что в начале 1587 г. в восточной политике Великого княжества произошел резкий поворот. В борьбе ориентаций, среди руководящей группы литовских политиков возобладали взгляды противников внешнеполитической линии С. Батория, подобных М. Радзивиллу Сиротке. В связи с этим была взята ориентация на заключение длительного мира с Россией. Конкретные рекомендации Я. Абрамовича, правда, не были приняты, но его предложение сепаратными действиями навязать Речи Посполитой нужную Великому княжеству внешнеполитическую линию, несомненно, звучало в унисон с настроениями других магнатов, которые, как увидим далее, действовали именно в этом духе на элекционном сейме. Думается, что эта смена курса была вызвана приходом в Литву известий о разгроме Б. Годуновым летом — осенью 1586 г. политической оппозиции. В этих условиях виды на успех сильно уменьшились, а поход на восток приобретал характер обыкновенной войны между государствами, от которой можно было ждать тяжелых последствий для Великого княжества.