Десять цезарей. Римские императоры от Августа до Константина
- Автор: Штраус Барри
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Олимп-Бизнес
- ISBN: 978-5-9693-0458-1
- Переводчик: Екатерина Тихонова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Десять цезарей. Римские императоры от Августа до Константина». Краткое содержание книги:
За несколько столетий Рим обрел великолепие и подчинил новые территории, но однажды утратил и то и другое. Сегодня мы многое наследуем Риму — науку, право и искусство; здесь расположен Ватикан, резиденция Римско-католической церкви. Автор изучает это духовное богатство, обращаясь к жизни людей, которые создавали его: Августа, Тиберия, Нерона, Веспасиана, Траяна, Адриана, Марка Аврелия, Септимия Севера, Диоклетиана и Константина. Несколько веков они владели «семейным бизнесом» — империей, — приспосабливаясь, когда это было необходимо, и борясь за свои интересы в любых обстоятельствах.
Власть и ответственность, стабильность и перемены, коварство и любовь… Узнайте, как умели упорядочить всё это древние правители!
Сам Веспасиан не любил гладиаторских боев, возможно потому, что вдоволь насмотрелся на настоящую войну. Но он понимал, что римский народ обожает это зрелище. Веспасиан построил свой амфитеатр на месте, которое Нерон когда-то присмотрел для своего роскошного Золотого дома после Великого пожара. Новый император снес большую часть Золотого дома. Колизей вырос на месте расположенного в нем искусственного озера.
Хотя Веспасиан старательно следовал образу человека простого и непритязательного, именно в его правление в учебных заведениях были открыты кафедры латинской и греческой риторики. Он понимал важность образования, особенно для правящего класса. Первым заведующим кафедрой латинской риторики был Марк Фабий Квинтилиан — оратор, известный по всей империи. Вспомним его самые знаменитые высказывания. «Совершенным оратором никто не может быть, не будучи добрым человеком»; «Сила духа и страсть делают людей красноречивыми». Он советовал начинающим ораторам изучать историю, чтобы знать факты и прецеденты, а не для того, чтобы убеждать судей и присяжных; цель истории, считал Квинтилиан, предложить занимательное изложение прошлых событий, а не предоставить доказательство в судебном деле. Труды Квинтилиана вдохновляли богослова Аврелия Августина, поэта эпохи Возрождения Франческо Петрарку, протестантского реформатора Мартина Лютера и, возможно, великого композитора Иоганна Себастьяна Баха и либерального философа Джона Стюарта Милля. В общем, Западный мир многим обязан культурной политике Веспасиана.
Веспасиан сразу дал понять: его сыновья, в особенности старший, Тит, будут его партнерами в деле управления империей. Тит, как и Домициан, принял титул цезаря, но это было только началом. Среди его многочисленных наград и должностей семь консульств из восьми приходились на время правления его отца. Веспасиан также назначил Тита префектом претория: он стал чем-то вроде главы ФБР, но имел гораздо больше свободы и полномочий. Тит также назначил себя экспертом по подлогам. Это выглядело странно, но, разумеется, глава государственной охраны должен был владеть этой компетенцией. Тит был соправителем — и никем иным; хранителем порядка, который создавал его отец.
Тит следил за настроениями среди аристократии и пресекал заговоры. Когда два видных сенатора, бывшие сторонники Веспасиана, были заподозрены в заговоре, Тит допросил и осудил одного из них в сенате, после чего осужденный перерезал себе горло бритвой. Другого заговорщика Тит приказал убить во дворце, сразу после того, как тот вышел после ужина с Веспасианом.
Еще имелась проблема с Гельвидием Приском. Этот непоколебимый защитник сената, по всей видимости, оспаривал роль Тита как предполагаемого наследника Веспасиана. Согласно одному источнику, как-то раз на заседании сената Гельвидий довел Веспасиана до слез, и когда он ушел, Веспасиан сказал: «Моим наследником будет либо мой сын, либо никто». Гельвидий был опасен: он принадлежал к сообществу высоконравственных философов-стоиков, которые по мере возможности боролись с тем, что считали императорской тиранией. Когда-то Нерон уже отправлял его в ссылку, а его тестя заставил вскрыть себе вены. Жена Гельвидия, Фанния, поддерживала мужа и последовала за ним во вторую ссылку, которую обеспечил ему Веспасиан. В конце концов Веспасиан казнил Гельвидия. Фанния осталась жива, но ничего не забыла и не простила. Спустя какое-то время она профинансировала написание биографии своего мужа; в произведении Веспасиан, разумеется, подвергался критике. Автора биографии, члена сената, казнили, а Фаннию отправили в ссылку.