Эхо и империи [litres][Echoes and Empires]

Но потом я что-то почувствовала. Кто-то схватил меня, сжимая руками за плечи. И я услышала его сквозь золотой шторм:

– Дрейк, вернись. Вернись ко мне. Сосредоточься на моем голосе, хорошо? Думай только о нем.

Именно так я и сделала. Сосредоточилась на голосе Джерико, огрубевшем от мучительного напряжения, которого я никогда раньше не слышала. Эта серьезность разительно отличалась от свойственного ему сарказма и стала мне якорем. Он продолжал говорить, а я ухватилась за этот якорь и устремилась к нему, подальше от обжигающей золотой дымки. Обратно в реальность.

Зрение достаточно прояснилось, и я смогла увидеть блэкхарта, который стоял передо мной и так крепко сжимал мои плечи, что на них, несомненно, останутся синяки. Темные брови нахмурились над угольно-черными глазами. Он глубоко вздохнул от облегчения и обхватил мое лицо ладонями.

– Поговори со мной, Дрейк. Скажи что-нибудь.

– Я… – начала я, но голова все еще кружилась. – Мне нужно вздремнуть.

Он издал краткий, резкий и полный облегчения смешок.

– Вот и она. Что, черт побери, с тобой приключилось? У тебя будто приступ случился.

– Я пыталась контролировать магию, но не вышло. Воспоминания. Сразу целая куча. Слишком много. Было… было так больно.

В его темных глазах мелькнуло беспокойство.

– Я думал, что потерял тебя.

– Это не так просто, – проговорила я.

– Хорошо. – Он покачал головой. – Ты и впрямь хочешь усложнить мне задачу? Придется приглядывать за тобой, нравится мне это или нет.

– Надо убедиться, что товар не поврежден.

Он закатил глаза.

– Да, именно поэтому.

– Мне нужно избавиться от этой магии, Джерико. Я не вынесу, если такое случится снова.

Я до сих пор чувствовала себя измотанной, будто только что пробежала марафон. Вытерла окровавленный нос ладонью и попыталась сделать шаг, но у меня подкосились ноги.

Джерико подхватил меня, пока не упала, и поднял на руки, будто я ничего не весила.

– Пора поспать, – сказал он.

Я не стала возражать. Позволила ему отнести меня обратно в дом, опустив разболевшуюся голову ему на плечо. Он осторожно положил меня на кровать и накрыл одеялом.

– Мы все исправим, – сказал он. – Лазос все исправит.

– А Валери…

Парень помотал головой.

– Валери пусть катится к чертям. Зная ее, не удивлюсь, если она уже проводит с ними отпуск. План А в силе, и план Б нам ни к чему. Хорошо?

– Хорошо, – ответила я.

Он смахнул волосы у меня со лба со страдальческим выражением лица. Я потянулась и рассеянно прикоснулась к шраму на его подбородке, отчаянно желая сосредоточиться на чем-то осязаемом. На чем-то настоящем.

– Откуда у тебя этот шрам? – спросила я.

– Брат оставил в качестве прощального подарка. – Он ухмыльнулся мне. – Скажем так, не обошлось без разбитой бутылки и расхождения во мнениях. Не думаю, что он всерьез хотел меня ранить, просто мое никчемное лицо случайным образом помешало его драматичному уходу из моей жизни.

– И вовсе лицо не никчемное, – пробормотала я. – А очень достойное.