Электронная книга - «Итан и Джоэл Коэны: Интервью: Братья по крови / Сост. Пол Э. Вудс». Краткое содержание книги:
Превосходно одетый и с отчетливым скрежетом в голосе, Ньюмен элегантен и коварен, но никогда не кажется до конца, до самого дна плохим в старой манере капиталистов Эдварда Арнольда. Дёрнинг отлично повеселился в свои несколько моментов в роли уходящего магната и внес свой вклад в то, чтобы сделать кульминационную сцену — когда картина возвращается посмотреть, что случилось с Норвиллом на карнизе, — сногсшибательной.
У Уильяма Коббса есть замечательные эпизоды в роли человека, который следит за гигантскими часами в здании «Хадсакер» и все знает, а Питер Галлахер — увы, совсем недолго — уморителен в роли певца, напоминающего Дина Мартина.
Странные партнеры (Джон Кларк)
У этих кинематографистов проблемы с шариками. Шарики — что-то вроде артефакта раннего нью-эйджа, игрушечный вечный двигатель, демонстрирующий законы инерции. Кинематографисты — флегматичный режиссер-сценарист Джоэл Коэн и чуть менее флегматичный продюсер-сценарист Итан Коэн, которые снимают свой новый фильм, «Подручный Хадсакера», — в студии в Уилмингтоне, Южная Каролина.
— Том, — тихо говорит Джоэл.
Техник Том запускает шарики качаться и стукаться и убегает с площадки. Пол Ньюмен, сидящий за огромным столом, стильный, в костюме-тройке, отрывисто лает в телефон, пока шарики щелкают рядом. Легко представить, как дико это будет смотреться на экране. Или, возможно, смешно. Тем временем Тим Роббинс, жалкий лакей, приближается к Ньюмену. Он дрожит и суетится — Дороти, приближающаяся к Волшебнику Оз.
— Том, — говорит первый помощник режиссера в начале следующего дубля, — к шарикам.
Между дублями Ньюмен выходит с площадки подышать, потому что здесь напрочь отсутствует воздух. Со всеми софитами тут невероятно жарко: 59 градусов на мостках над площадкой.
Когда позднее утро сменяется ранним днем, группа прерывается на обед.
— Шарики можно было и вмонтировать, — замечает один из членов группы.
Другой соглашается:
— Да, всю сцену можно было сделать комбинированной.
Прошло десять месяцев, и все комбинированные сцены — их множество — почти готовы. Братья Коэн застряли в отеле «Шангри-Ла», невзрачной гостинице с видом на залив Санта-Моника. Это постройка пятидесятых годов на побережье Южной Калифорнии. Сегодня они показывают копию «Хадсакера», которая включает некоторые поправки «Уорнер бразерс» — поправки, которые по контракту они обязаны сделать и показать, но не обязаны оставлять. Необычно здесь не то, что за Коэнами последнее слово — оно всегда за ними, — а то, что они настолько идут навстречу. Ради большого шага вперед они делают маленький шажок назад. Вопрос в том, куда эти па приведут в итоге.
Братья Коэны — баловни арт-хаусной публики (см. «Просто кровь», «Воспитывая Аризону», «Перекресток Миллера», «Бартон Финк»), которые делают свой первый фильм «для массового зрителя» за массу денег (25 миллионов долларов) с «массовыми» звездами (ну почти). И кое-кому интересно, способны ли они снять коммерческое кино голливудского образца. И даже их друзьям это любопытно.
— Джоэл всегда считал, что они могут снять коммерческое кино, в общем-то, когда захотят, — говорит Джим Джекс, исполнительный продюсер «Воспитывая Аризону» от «Серкл филмз». — Так что интересно будет посмотреть, есть ли что-то в их характере-дробь-стиле что-то такое, что не дает их фильмам быть коммерческими на всю катушку.
Коэны известны своим характером-дробь-стилем. Ньюмен, который повидал белый свет, называет их настоящими оригиналами. Он добавляет:
— У меня никогда не было двух режиссеров. И я никогда не работал с двумя парнями, у которых были бы равные творческие права и которые бы не срались.
— У них симбиоз, — вторит Роббинс. — Они совершенно на одну волну настроены и дополняют предложения друг друга. Никогда не видел, чтобы они спорили.
Дженнифер Джейсон Ли, которая тоже снимается в фильме, поет дифирамбы их уму:
— Их мозги удивительны. Можно просто читать сценарий вслух, в одиночестве, и смеяться, пока не описаешься.
Из телефонного разговора Ньюмена мы узнаем, что ему нужен простофиля, лох, который развалил бы «Хадсакер индастриз», чтобы менеджмент мог купить фирму по дешевке, — и рядом, весьма удачно, оказывается Роббинс, который представляет ему идею, кажущуюся идиотской. Ньюмен сует сигару в рот Роббинсу, приглашает его сесть в собственное кресло и задрать ноги.
Ньюмен: «Твои друзья... Они называли тебя придурком, не так ли?»
Роббинс протестующе мотает головой. Ньюмен: «Дубиной? Остолопом? Недоумком? Чмошником?.. Даже за глаза не называли?»