Трусливый ястреб [litres]

Сторона обвинения высказала интересное соображение. А еще уорент был фунтов на сорок тяжелее меня.

– Что ж, – произнес я. – Такая точка зрения тоже имеет право на существование.

– Я думаю, что военные правила – это хрень собачья, – высказался Райкер.

Я не видел его лица, но я знал, что он улыбается.

– Согласен, – кивнул высокий уорент. – Война есть война, нам нужно перетерпеть ее и отправиться на родину.

– Надеюсь, скоро у нас это получится, – сказал Райкер. – Если мы захватим Армию Северного Вьетнама до того, как они доберутся до Камбоджи, то дадим им прикурить.

Райкер сделал паузу, и хозяева палатки одобрительно замычали.

– А когда мы дадим им прикурить, они захотят сдаться и предложат мир, как мне кажется. Они захотят сдаться и уехать домой.

– Я за, – поддержал я.

Была половина двенадцатого. Все порядком устали, и мы решили, что победу в войне стоит отложить до завтрашнего утра. Я улегся головой в другой конец носилок, чтобы не видеть пятна от куска мяса.

Лежа на спине, я снова стал разглядывать звезды. Крутое занятие. Мои мысли уплыли на другую сторону света, туда, где Пейшнс сейчас должна была сажать Джека за стол для обеда. Когда я видел его в последний раз, ему было год и два месяца, и он только-только начинал держаться на ногах. Ему нравилось играть в игру «не делай ничего, что тебе говорит мама».

– Пора кушать, Джек, – говорила она.

– Неть, – он смеялся и убегал в спальню.

– Джек, садись за стол.

Джек хихикал в спальне, забираясь на нашу высокую кровать. Пейшнс стояла в дверях и улыбалась, наблюдая за ним.

– Джек, а ну-ка за стол! Спать еще рано.

– Неть, – он хулиганисто смеялся.

– Да. Вставай, – строго говорила она.

– Эй, вставай, – Райкер тряс меня за плечо.

– Что? – я открыл глаза, в небе до сих пор были звезды. – Который час?

Может, если я намекну ему на время, он отстанет?

– Двенадцать. Нас назначили на вылет, прямо сейчас.

– Вылет?

– Да. Вставай. Ворчун-шесть будет у вертушки через десять минут.

Мы дошли до вертолета и разбудили Ричера с пулеметчиком. Через несколько минут свет от фар джипа скользнул по палаткам, и вокруг «Хьюи» заплясали тени. Джип остановился в пятидесяти футах от нас. Несколько фигур выступили вперед и перекрыли яркие лучи света. Проекции темных силуэтов плавно исчезали, съеживаясь под ногами.

Ворчун-6 подошел к нам с Райкером, за его спиной плелись два капитана.

– Кто из вас командир экипажа? – хрипло спросил он. Пот блестел от света на его шее.

– Я, – ответил Райкер.

Ворчун-6 на секунду остановился, разглядывая в бледном свете его нашивку с именем и значок уорента, обведенный чернилами.

– Мистер Райкер, со мной летит капитан, который также является пилотом.

– Так точно, сэр, – ответил Райкер.

– Посадите его в переднее кресло, чтобы он получил пару часов налета.

– Сэр, у нас есть приказ не допускать посторонних людей к управлению нашими машинами.

Хорошая попытка, Лен.

– Мистер Райкер, – Ворчун-6 повысил голос и раздулся. – Вы и ваш вертолет прикреплены ко мне. Вы сейчас в моей части, и я приказываю вам изменить состав экипажа на ближайший полет, – он придвинулся вплотную к Лену. Плотная, крепкая фигура контрастировала с долговязостью Лена. – Полагаю, мистер, – он глянул на мою нашивку, – мистер Мэйсон должен остаться здесь.