Перекресток версий. Роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» в литературно-политическом контексте 1960-х — 2010-х годов
- Автор: Бит-Юнан Юрий Геваргисович, Фельдман Давид Маркович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Неолит
- ISBN: 978-5-9909479-4-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Перекресток версий. Роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» в литературно-политическом контексте 1960-х — 2010-х годов». Краткое содержание книги:
Книга предназначена историкам, филологам, политологам, журналистам, а также всем интересующимся отечественной историей и литературой XX века.
Оставшиеся в типографии экземпляры были конфискованы и уничтожены. Аналогично — все попавшие в магазины и библиотеки.
Да, редакция альманаха не нарушила какие-либо формально установленные правила. Инициатива соответствовала очередному изменению политической ситуации. Директор областного издательства заручился санкцией местного партийного руководства. Он ничего крамольного не опубликовал. Цензоры и в Калуге свое дело знали. Но был вновь нарушен важнейший принцип управления литературой — централизация: Паустовскому руководство ССП не делегировало право составлять альманах по собственному усмотрению. А потому надлежало пресечь такую попытку быстро и жестко. Чтобы избежать повторения инцидентов подобного рода.
Инициатора выпуска альманаха формально не наказывали. Тут без громкого скандала вряд ли бы обошлось, а литературные функционеры старались тогда избежать огласки. Зато директору издательства был объявлен выговор. Взыскание получил и заведующий отделом идеологии областного комитета партии. Что и стало карой для инициатора «Тарусских страниц»: пострадали те, кого он убедил оказать ему помощь.
Писатели усвоили этот урок. А с октября 1964 года Брежнев возглавил ЦК КПСС. Новая эпоха началась. Четверть века спустя ее уже вполне официально именовали «застоем».
Этот термин и ныне популярен. На исходе 1980-х «застой» противопоставлялся «оттепели». И конечно, эпохе, чье начало ассоциировалось с деятельностью Горбачева. Так называемой перестройке.
Но в 1977 году, когда Аксенов и другой инициатор проекта «Метрополь» — Ерофеев — решили выпустить бесцензурный альманах, далеко еще было до горбачевской «перестройки». Что называется, «разгар застоя».
Аксенову тогда сорок шесть лет. Осторожности еще в раннем детстве обучен, когда мать и отец были арестованы.
Приютили его родственники, они позже и посоветовали выпускнику средней школы поступать в медицинский институт: вероятность ареста велика, а медику в лагере выжить легче, ему там работа всегда найдется, даже если диплом врача получить не успеет.
Диплом Ленинградского медицинского института Аксенов получил уже в послесталинскую эпоху. Работал по специальности, и первая повесть — о молодых врачах. Знаменит всесоюзно уже в начале 1960-х годов.
С литературным начальством ладить умел, публиковался довольно часто. Книги, сценарии, в общем, не бедствовал. Знал, конечно же, историю альманахов «Литературная Москва» и «Тарусские страницы». Чужой опыт оставался для него вполне актуальным.
Ерофеев на пятнадцать лет моложе Аксенова. Сын дипломата, в детстве жил и учился за границей. Выпускник филологического факультета МГУ, аспирант Института мировой литературы Академии наук СССР, известности добился именно как литературовед. Ученую степень кандидата филологических наук получил в 1976 году.
С литературным начальством ладил: в ССП вступил тридцатилетним, хотя даже сорокалетние тогда считались еще слишком молодыми — стандарты эпохи «застоя». В общем, баловень судьбы.
Только и он — еще в детстве — осторожности был обучен: дипломатическое правило. Знал, конечно, историю альманахов «Литературная Москва» и «Тарусские страницы». Чужой опыт и для него актуальным оставался.
Но, вопреки опыту, пусть чужому, Аксенов и Ерофеев приняли решение готовить к публикации бесцензурный альманах. Причем в первую очередь — для советского издания.
Можно объяснить, почему к ним присоединились те, кого не печатали вовсе или почти. Например, под негласным цензурным запретом был В. С. Высоцкий. Для него «Метрополь» — прорыв к читателям-соотечественникам.
Однако присоединились к инициаторам проекта даже классики советской литературы. Например, Б. А. Ахмадулина, А. Г. Битов, А. А. Вознесенский, Ф. А. Искандер. Осторожности были обучены и они. Историю альманахов «Литературная Москва» и «Тарусские страницы» тоже знали.
Случай беспрецедентный. Интересный сам по себе. В аспекте же нашего исследования главное — каким образом он связан с историей публикации романа «Жизнь и судьба», на чем настаивал Липкин.
Точен он лишь в одном: связь тут есть. Пусть и не та, о которой рассуждал Липкин.
Часть IV. Разгром и победа
Между строк и построчно
Скандал, обусловленный изданием альманаха «Метрополь» за границей, был весьма масштабным. И оказался таковым именно потому, что иным стал контекст политический. От начала до конца 1970-х годов — различие принципиальное.
К началу 1970-х годов ситуация в СССР несколько изменилась из-за такого фактора, как упомянутая выше политика «разрядки международной напряженности». Правительство было вынуждено считаться с мнением иностранных организаций, декларировавших в качестве цели «защиту прав человека».