Электронная книга - «История одной любви. Начало». Краткое содержание книги:
Или трагедия.
Решайте сами.
Я смотрел, как она одевается. Она делала это для меня. Еще одно шоу. Последнее. В него вкладывались все силы. Насколько я понял, Мадина не умела проигрывать. Не в том смысле, что это ее расстраивало, вовсе нет. Она просто не смирялась с поражением, билась до конца, даже когда не оставалось ни единого шанса.
— Застегни. — Она повернулась ко мне спиной.
Вот это я с превеликим удовольствием. Пусть на душе кошки скребли и гадили, но пойти наперекор совести я не мог. И так чуть не сломался совсем недавно. И чем это могло кончиться?
Все же совесть нам дана не в нагрузку к самодостаточному комплекту. Обычно она только мешает, но иногда человека спасает именно совесть. А если говорить не про тело, а про душу, то и говорить, собственно, не о чем.
Под платьем у Мадины не было ни трусиков, ни лифчика, это бросалось в глаза. Интересно, что скажет Хадя на такой вид вернувшейся среди ночи сестры.
Я кивнул на выпирающие соски:
— Как на это Хадя отреагирует?
— Мне важно, чтобы ты реагировал.
Не сдается, паршивка, борется до последнего. Бойца я в ней уважал. Женщину — нет.
Удивительно. Была бы Мадина из другой семьи или, например, не знал бы я, из какой она семьи, и все было бы по-другому. Я бы не артачился, а отбиваться от излишней назойливости пришлось бы партнерше. И между нами наверняка бы уже все произошло. И не раз.
Но я знал семью Мадины, знал ее брата и сестру. Это меняло все.
Молния вжикнула, Мадина выждала несколько секунд, словно еще на что-то надеялась, и обернулась.
— Готова? — Я отступил на шаг.
— Готова.
— Пойдем?
— Пойдем.
Никогда не думал, что лаконичность так радует. Не разговор, а сказка. Ну, это, конечно, по сравнению с прежними разговорами.
Мадина взяла меня под руку, мы двинулись в сторону ее дома.
— Кстати, по поводу «обращаться с предложениями помочь или спасти». — Она сделала голос мягче, в нем пробилась бархатная хрипотца. — Сегодня ты помог и спас. Значит, обращение было по адресу.
— Не играй словами. Все, что касается приключений, отныне — не ко мне.
— А если что, ты по дружбе поможешь мне с алиби, если я найду приключения в другом месте?
— Мадина!
— А что? Здесь сразу и помощь, и спасение, все, как ты сказал.
Я отбросил ее руку и пошел рядом в полуметре.
Она вновь схватила меня под локоть, о плечо потерлась ее ластящаяся голова:
— Шучу, непонятно, что ли? Какой ты суровый.
Ночной город тихо гудел, как успокаивающийся улей, пчелки готовились к новому рабочему дню. Бедовая спутница держала меня под руку, но в освещенных местах или вдоль тротуаров, где нас могли увидеть, отходила на достаточное расстояние, чтобы у возможных свидетелей даже о нашей дружбе мыслей не закралось, не говоря о большем.
В одном из тенистых переходов Мадина поделилась:
— Во время танца Гарун шептал, что если хочу сбежать от скучных чудиков, то некий настоящий мужчина сделает все, чтобы настоящая женщина об этом не пожалела.
— Теперь понимаешь, почему брат пользуется успехом у женщин?
Мадина фыркнула:
— Между прочим, сегодня его прокатили.
— А у компании, из которой ты возвращаешься, такое «сегодня» — ежедневно.
Ко мне сочувственно прижалось девичье тело.
— Просто вы себе цены не знаете.
— Проблема в том, что ценником никто не интересуется, а любой товар, о котором не знают — каким бы он ни был замечательным — ничего не стоит. Если прорекламируешь в девичьем сообществе, будем рады. Только любопытно, как ты это сделаешь, чтобы не выдать свое инкогнито.
— Придумаю. Я большая придумывательница, ты не заметил? А что расскажу о вас, могу сказать тебе прямо сейчас. Ты надежный, Артур умный, Игорь нежный, Филипп милый. Даже Тим в чем-то привлекателен. Он забавный и ранимый, а его гонор — защитная реакция от внутренней неустроенности. Он слабый, но так жаждет выглядеть мужественным… И я ему так нравилась.
— Ты всем нравилась.
— И тебе?
— У нас была такая униформа, что в этом выводе трудно усомниться.
Мадина усмехнулась, ее ладони оправили низ платья, донесся вздох:
— Опять краситься. Представляешь, какая морока?
— Очень стараюсь не представлять.
Она снова хмыкнула, дальше мы шли молча.
Перед подъездом на меня поднялся печальный взор.
— Спасибо. Вечер был… — Мадина вдруг хихикнула. — Он был незабываемым.
С этим я согласился:
— В нашей квартире о нем будут сложены легенды, они будут передаваться из поколения в поколение.