Электронная книга - «Дауншифтинг (СИ)». Краткое содержание книги:
— А серьёзно ни разу не было?
— Хм… пожалуй, Марина. Мне кажется, что Ильяс был в неё влюблён.
— А дама?
— Ну-у-у… И она.
— А ты?
— При чём тут я? — Даже кошка удивилась моему крику и засучила лапами, пытаясь вырваться и укрыться где-нибудь в тёмном углу.
— Дура, Сёмочка расходует наши нервы, — спокойно парировал накрашенный гость, удерживая кошку. И опять, переменившись, став ледяным и проницательным: — Почему же Ильяс не женился на этой дивной Марине? Да и вообще, почему не женился?
— Он не хотел никому несчастья… Ильяс не мог иметь детей, — сказал, и мерзкое ощущение предательства затопило мозг.
— О как!
— Всё! Уходи! Я утомился от тебя, от этих бессмысленных разговоров! Я не хочу больше говорить об Ильясе, особенно с тобой.
— Хорошо! Берём паузу. — Тася сполз со стола и с кошкой наперевес направился к двери. Повернулся. — Однако ты на всякий случай запиши деву Марину в анналы этой истории, вдруг женщина оказалась не готова к разочарованию. А дабы докопаться до изюма, надо, чтобы ты рассказал Тасечке причину своего подозрительного дауншифтинга. И не надо Тасечку бояться. Тасечка нем как рыба!
— Рыба-клоун! — не выдержал я.
— Шалун! — парень кокетливо махнул ручкой и тут же спросил: — А ведь у Мехтиева была девушка среди этих экстремалов?
— Да. Странная особа. Лысая, с пирсингом, руки все в тату. В тусовке её зовут Гвен. На самом деле некая Рита, обитает в «Мышеловке», клуб такой захудалый…
— Ты с ней говорил?
— Нет.
— Да вы болван, мужчина! — тоненьким голосом возопил напоследок Тася. — Будем вас спасать! Пойду поищу лысую Гвен. А вас, Сэм, — он указал на меня зелёным ногтем, — я попрошу остаться и тщетно желать меня всю ночь. Аривидерчи!
Он ушёл, оставив меня в недоумении. Как ему удаётся меня разговорить? Я всегда сторонился подобных типов, считая их никчёмными и даже больными. Когда у человека в голове сместились гендерные роли, следует ожидать от него безумия и в остальных личностных характеристиках. И не то что это был многократно проверенный вывод, я был знаком только с одним таким человечишкой. В нашей группе учился некий Сандро, в миру Александр. Он говорил, вытягивая гласные, ко всем обращался «рыба моя», в институт приходил в кружевных кофточках и в ужасно обтягивающих чресла брючках. Мы ржали: как он садится в таких штанах? Вокруг него витали только девчонки. Мы обходили его стороной, брезговали даже словом перекинуться. Преподы нервно вытирали пот со лба. Сандро же был искушён только в выборе косметики и обуви на каблуках, на сессиях блеял чушь, покрывшись испариной. Поражало, как он вообще доучился до пятого курса. Ходили слухи, что диплом он себе «насосал». И, похоже, это было правдой, так как он был реально тупой.
И вот похожий персонаж. И я с ним не только разговариваю, но и позволяю сидеть на столе с ногами, откровенничаю с ним, не всегда справляюсь с собой. Тася, конечно, симпатичнее, чем Сандро. Тот был долговязым, длинноносым, кривозубым, нескладным каким-то. Этот смазливый, глаза странного цвета, какие-то сиреневые — наверное, линзы. Он прищуривается всё время — факт, плохо видит. И коленки его… И родинка эта над губой… Очевидно, что этот засранец неглуп, реактивен, прямолинеен. Это всё качества, которые я ценю в людях. Но всё равно, что же должно вариться в его голове, что он изображает из себя хипстера-подростка, шлюху-трансвестита? И ведь пришёл именно сегодня, несколько недель собирал информацию, шпионил за мной…
Из открытого окна тянуло ночью. Пришлось его закрыть. Воткнул в розетку раптор. Открыл лекарства. Один блистер с розовыми таблетками действительно убойной силы, от бессонницы. Другой пузырёк с длинненькими жёлтыми таблетками — его велено пить ежедневно. После жёлтеньких переставали дрожать руки, повышалось настроение, навязчивые мысли утрачивали остроту и чёткость. Решил, что розовые пить не буду. Попробую уснуть без их помощи. Тем более мне казалось, что образ моего нового знакомого ярким пятном выместит возможные тревоги.
Моё спальное место — диван с высоченной спинкой. Я скинул джинсы, развернул постель. Вспомнил, что книга Грина осталась на улице, в одних трусах и босиком сбегал во двор, сверчки даже заткнулись, впечатлившись моим явлением. Почитать на ночь не получилось. Смотрел в книгу, а в мозгу не летающий человек Друд и его поклонница Руна Бегуэм, а Ильяс с полузакрытыми глазами, беспрестанно смоливший Коротаев, злой Сашка, протыкающая очередную дырку в теле Гвен, фальшиво-велеречивый психотерапевт Гершензон, наш лучший финансовый аналитик Шаповалов, подвивающий усики на дореволюционный манер, и опять Ильяс… Захлопнул роман Грина и выключил свет. Всё! Спать! Завтра будет день!
Возился долго, крутился с бока на бок, закрывался от ещё не сдохших комаров. И потом вроде уснул, по крайней мере тяжёлая пелена заполнила голову — и я уже не в комнате… Я в офисе, Ильяс мне рассказывает что-то про Килиманджаро, а я внимательно его рассматриваю, что-то в нём не так. Мне тревожно, Ильяс машет руками, изображает, как он управляет стропами. Раскладывает на столе карту мира, тыкает туда, ногтем прочерчивает дорогу до Килиманджаро, обещая всю её преодолеть на велике. Чёрт, ноготь зелёный… Но это меня не удивляет. Ильяс достаёт беретку со звездой и говорит, что теперь он будет похож на Че… И я понимаю, что не так. У Ильяса закрыты глаза. Он говорит со мной, ходит по кабинету, тыкает в карту и всё с закрытыми глазами… У меня от страха сжался желудок.
— Иль, почему ты не откроешь глаза? — неестественно громко спрашиваю я.
— Хр-р-р… За что? За что? Хр-р-р… — вдруг женским голосом отвечает Ильяс, но я его уже не вижу. Я вижу коричневую спинку дивана. Я чувствую вкус крови, солёный, железный. Меня трясёт, хотя не холодно. Боюсь повернуться. Мне кажется, что в доме кто-то есть. Скрипят половицы. И хрипящий голос: — За что? Это безумие… Хр-р-р… Пожалуйста, не убивайте меня больше… Хр-р-р… за что…
Страх сковал позвоночник, стянул внутренности, и только сердце нехорошо бухает. Вдруг понял, что не дышу и лёгкие уже разрывает от невозможности. Надо пересилить себя, надо встать, включить свет, выпить таблетку… «Ха-а-а-а…» — я шумно выдохнул и попытался встать. Но упал обратно на мокрую подушку, потому что опять голос:
— За что? Это безумие… Хр-р-р… Пожалуйста, не убивайте меня больше… Хр-р-р… за что… Помогите… с-с-с…
Что же это? Повеяло смертельным холодом, вкус крови стал просто тошнотворным. Это её голос. Той девушки в кожаных штанах и синим ирокезом на голове. Это её хрипы. И запах её крови, перемешанный с запахом грязи. Может, я вернулся в тот подвал? В то четвёртое выпадение из сознания?
Тот же холод, тот же запах и так же трясутся руки. Я очнулся именно от этого голоса: «За что? Это безумие… Хр-р-р… Х-р-р… Пожалуйста, не убивайте меня больше…» Я был в темноте и лежал на чём-то тёплом и мокром. Это тёплое и мокрое и хрипело. Я медленно приходил в себя и с трудом сел на колени. Наверху узкое зарешёченное окошко, но света оно почти не пропускает, на улице ночь. Где-то журчит вода. Но главное — этот хрип и этот угасающий голос. Я приблизил лицо… это девушка. Правда, на лице столько макияжа, что можно подумать о том, что она и сама из рода ирокезов, а не только её причёска. Глаза мутные, губы трясутся, на шее тёмное пятно, она держится за живот, у неё чёрные руки. Я успел тупо сказать:
— Вам помочь? — и поднял было руки. Девушка отшатнулась, её лицо исказила гримаса ужаса, и она затихла. Изо рта вытекло чёрное. И только тогда я понял, что в левой руке у меня нож… Я глупо начал его рассматривать. Самоделка с эбонитовой рукояткой, но очень острый. Он в крови. Я его отбросил от себя. Ощутил настоящую лихорадку. Потрогал девушку за шею. Никакой жизни не стучало. Но я просто могу не понять, я не специалист. Может, на запястье? Беру её руку и понимаю, что и там не будет пульса. Живот девушки был сплошным месивом. Боже… Её убили! Она мертва! На груди тоже есть раны, поэтому она хрипела. Поэтому кровь ртом пошла. А если убийца ещё здесь? Я похлопал по карманам. Телефон! Включил фонарик, безумным лучом пошарил по бетонным стенам, на полу арматура, бутылки, битое стекло. Чёрт! В углу истлевший труп кошки! И никого, только я и мёртвая девушка-ирокез. Надо звонить… Нужна помощь! Стоп. Кому нужна помощь? Что подумают менты, когда приедут? И куда меня увезут отсюда: в психушку или в СИЗО?