Пуговицы

— А что она там делала?

— Микки, извини. Я уже дошёл по адресу. Давай я тебе завтра расскажу. Сегодня до ночи работаю. Это же не срочно?

— Нет, конечно.

Но на самом деле, мне уже было срочно. Казалось, если я сейчас же не объясню себе, как так вышло, что Яга и Надя оказались связаны одним домом престарелых, которых в московской области сотни, то взорвусь от любопытства.

Бэзил ответил только на второй мой звонок.

— У меня тут такое! — выпалила я, в надежде сразу заинтересовать, но он не обрадовался.

— Давай потом, к нам Антон приехал.

— Но, Вася, это важно.

— Надеюсь, никто не умирает?

— Нет, конечно, но…

— Тогда потом.

— Мне нужно с кем-то поговорить. Я сойду с ума от нетерпения.

— Помирись с Лизой.

На часах было пять, в больницу звонить не воспрещалось.

— Ну, что тебе? — это было первое, что сказал Кощей, ответив на звонок. — Разбудила, зараза.

— Я нашла под ковром рекламу дома престарелых. Ты что-то знаешь про это?

— А тебе какое дело? Собралась сдать меня?

— Яга была против такого. Зачем ей понадобился дом престарелых?

— У меня приступ, между прочим, был. Я ничего не помню. Ты позвонила матери?

Чашка крепкого кофе натощак, хоть и убивает желудок, но мозги пробуждает моментально.

Все свои бумаги: счета за квартиру, рецепты, больничные, рабочие записи и блокноты Кощей держал в двух нижних ящичках архивного шкафа. В отличие от его комнаты, в них царил идеальный порядок. Все чеки по оплате подколоты скрепками и подписаны, папки датированы и пронумерованы, рабочие отчёты и выписки из каких-то дел рассортированы по пластиковым файлам. Основное, конечно, хранилось в офисе их конторы, но «текучку», как он называл, он приносил и домой. Иногда мог весь свой выходной день провисеть на телефоне, обзванивая больницы или полицейские участки.

Я вытащила ящик целиком, поставила на пол и склонилась над ним.

Достала все папки и бестолково перебрала одну за одной. Просто записи о каких-то людях. Имена, которые мне ничего не говорили. Места проживания, работы, телефоны, номера банковских карт и машин, фамилии родственников, адреса почты и страничек в соцсетях, паспорта, визы, свидетельства о браке и смерти. Просто какая-то общая

информация, сбором которой Кощей занимался по работе. Чтобы что-то найти, нужно было понимать, что ищешь, а я совершенно терялась в догадках.

Папка, которую я искала, оказалась самой тоненькой и неприметной. Прозрачный файл — договор проживания, оформленный на имя Яги с первого марта. Насколько я помнила, Яга, действительно, ездила в санаторий — лечиться. Но тогда ни о каком доме престарелых речи не шло. Её не было от силы пару недель. Потом она вернулась и больше никуда не уезжала.

Вооружившись новой информацией, я предприняла ещё одну попытку.

— Тамара Андреевна, здравствуйте. Это Маша. Вам удобно разговаривать?

— Да, я слушаю, — голос директрисы звучал по-домашнему расслаблено.