Цвет тишины
- Автор: Шуленина София
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Цвет тишины». Краткое содержание книги:
Это история о дружбе. О принятии, прощении, потерях, страхах, доброте и любви. Она о людях, которых мы считаем семьей, и о месте, которое называем домом.
Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Содержит нецензурную брань.
Официально их спальня была на четвертом этаже. Их – и еще одной группы. Но когда его впервые туда привели, он увидел только пустые шкафы и пару голых каркасов кроватей. На подоконнике стоял горшок от цветка, и вместо цветка кто-то воткнул туда отломанную швабру.
Воспитатель, он представился как Оску, положил ему ладонь на плечо и улыбнулся.
– Официально спальня здесь. Но они здесь не спят. Пойдем, я покажу тебе.
Он пошел вслед за воспитателем по коридорам. Оску хромал при ходьбе, но не пользовался тростью. Подниматься по лестнице ему было явно тяжело. Он хотел предложить какую-то помощь, но побоялся оскорбить его и смолчал.
Оску привел его на чердак. Скошенный скат крыши делал помещение ассиметричным. Узкий коридор одним концом упирался в стену, другим – в черную лестницу. Вдали, в полумраке, едва угадывались силуэты швабры и ведра. Под ногами хрустнули осколки стекла, сквозняк катал сухие листья и скомканные бумажки. Ведро и швабра стояли, скорее всего, просто для интерьера. Как арт-объект.
Окна выходили во внутренний двор, отсюда он казался пятачком посреди облетевших деревьев. По другую сторону коридора была всего одна дверь, только без двери. Пустой проем в шумный полумрак. Стены кто-то расписал и разрисовал самопальными граффити и кривенькими рисунками не то маркером, не то гуашью.
Оску пошел к двери, и он пошел следом, шажок за шажком. До двери было рукой подать, но они шли, казалось, целую вечность.
Он запомнил матрасы на полу и низкий стол и огромный термос. Новогоднюю гирлянду под потолком. Запах табака и ношеных носков. Он запомнил глаза. Они все смотрели на него. Оску говорил, но его, казалось, никто не слышал. Он смотрел на них, а они на него.
Он не привез с собой ничего. Он прошел через спальню, переступая через матрасы, одеяла и одежду, а ноги не гнулись, и его трясло. Он сел за стол и принял чашку с чаем, и на поверхности плавали три чаинки. За тот вечер он рассмотрел эти чаинки в мельчайших подробностях.
***
Тахти пришел, потому что Вилле назначил время приема. Сказал, что хочет посмотреть горло и уши. Потому что Тахти все время балансировал на грани ангины и отита.
– Ты хромаешь? – спросил врач. – Мне же не показалось?
– Показалось.
Он бряцал чашками. Он всегда поил Тахти чаем. А Тахти кроме запаха госпиталя все равно в его кабинете ничего не ощущал. Белые стены, белые шкафы, белая кушетка за белой ширмой, белый халат и коробочка с белыми латексными перчатками. Шприцы, ампулы, жгуты, бинты. Эхом в памяти – пакет капельницы с максимальной дозой обезболивающих, трубки и пластыри, инвалидное кресло. Мороз по коже.
– Давай без секретов, – сказал врач. – Что случилось?
Тахти дернул плечами.
– Да ничего нового.
– А что старого?
– Я в порядке.
Вилле улыбнулся.
– Я врач.
– Это ужасно.
– Почему? Ты не доверяешь врачам?
– Нет.
– Что-то с тобой произошло в прошлом? У тебя была травма?
– Вы же видели выписки, – Тахти скрестил на груди руки и отодвинулся подальше от врача.
– Об этом там ничего нет. Но я знаю, что у тебя была операция на левой ноге.
– Значит, вы все знаете.
– Я просто догадался. Что это было? Авария? Драка?
– Повредил колено. – Тахти пожал плечами. – На соревнованиях.
Какое вообще отношение колено имеет к его уху? Вилле же вроде собирался смотреть уши и горло.
– На соревнованиях, – заговорил Вилле, – по какому виду спорта?
– По конкуру, – Тахти помолчал. – Конный спорт. Я задел препятствие. Ошибся.
Тахти разделся за ширмой, хотя в кабинете никого больше не было, и без приглашения никто не входил. Вилле дал ему несколько минут, чтобы свыкнуться, чтобы принять факт осмотра. Ничего особенного, но для Тахти это было важно. Он вышел к Вилле босиком, в трусах и толстовке.
– Ложись на кушетку на спину.
Тахти лежал на кушетке, на твердом гладком матрасе, поверх одноразовой голубой простыни, через которую все было видно как через паутину. Потолок был заправлен в квадратные панели, флюоресцентрные лампы гудели, свет подрагивал – зеленоватый, розоватый, желтоватый, как в плохо работающей гирлянде, которую пришло в голову засунуть в потолок какому-то идиоту. На стене висел заламинированный плакат – позвоночник, суставы. Вилле склонился к его ноге, и в этот момент Тахти захотел исчезнуть, сбежать, прямо так, в трусах и босиком, и бежать, пока не подкосятся ноги. Но он лежал и позволял врачу делать все, что он считал нужным.
Как тогда – мигающий свет, выползающая из мыльного блюра скорая, врачи в масках и шапочках. Он метался на столе от боли, и врачи зафиксировали его руки. Он молил о помощи, он обращался к людям, но ему не отвечали.