Ватутин против Манштейна. Дуэль полководцев. Книга первая. До столкновения
- Автор: Додонов Игорь Юрьевич, Смирнов Владимир Владимирович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Ватутин против Манштейна. Дуэль полководцев. Книга первая. До столкновения». Краткое содержание книги:
И ещё одна общая черта есть в процитированных отрывках мемуаров Кейтеля и Гудериана – оба указывают на сложность отношений Гитлера и Манштейна, на нежелание Гитлера видеть Манштейна в среде высшего штабного командования вермахта. Гудериан к тому же называет и причину этого – неприятие Гитлером не столько выдающихся профессиональных навыков Манштейна (из элементарной ревности к славе), сколько независимости его суждений, твёрдости характера, наличия своего мнения, которое Манштейн всегда был готов отстаивать до последней возможности. Гудериан абсолютно прав.
Семена подобного отношения были посеяны ещё в период службы Манштейна в Генштабе в 1935 – 1938 годах.
«Его (т.е. манштейна – И.Д., В.С.) тесное сотрудничество и дружба с Фричем и Беком вызвали у Гитлера подозрительность и неприязнь, и Манштейна направили в Силезию командовать 18-й пехотной дивизией», – пишет лорд Карвер [39; 303].
Безусловно, во многом именно как выдвиженец и друг Фрича Манштейн и лишился своего поста в феврале 1938 года. Близость Манштейна к Фричу и Беку не могла не настораживать Гитлера и не внушать ему негативного отношения к Манштейну. Дело в том, что главнокомандующий Сухопутными силами Германии и его начальник штаба были довольно оппозиционны нацистскому руководству страны. Они не приветствовали ни насаждение национал-социалистической идеологии в армии, ни агрессивный внешнеполитический курс, который проводил Гитлер [63; 29].
В отношении первого пункта расхождений между командованием Сухопутных войск и политическим руководством Германии Манштейн отмечает в своих воспоминаниях:
«…Армия при генерал-полковнике бароне фон Фриче… настаивала на своих традиционных понятиях простоты и рыцарства в обращении, а также на солдатском понимании чести. Хотя Гитлер и не мог упрекнуть армию в нелояльности по отношению к государству, было всё же ясно, что она не собирается за борт свои традиции в обмен на “национал-социалистические идеи”. Также ясно было и то, что именно эти традиции создают армии популярность среди народа. Если Гитлер вначале отвергал подозрения по отношению к военным руководителям, исходившие от партийных кругов, то травля армии, в которой такие личности как Геринг, Гиммлер и Геббельс, по-видимому, играли главную роль, в конце концов принесла свои плоды. Военный министр фон Бломберг – хотя, очевидно, и невольно – в свою очередь способствовал пробуждению недоверия у Гитлера, слишком усердно подчёркивая свою задачу “приблизить армию к национал-социализму”» [52; 74 –75].
Что касается противоречий между Фричем и Беком с одной стороны и Гитлером – с другой по вопросам внешней политики, то именно они и придали особую остроту их отношениям. И хотя Манштейн верно отмечает в мемуарах, что ни Фрич, ни Бек пацифистами не были, а также и тот факт, что не наблюдалось и скоординированности их действий в противостоянии агрессивному внешнеполитическому курсу нацистского руководства38, но то, что оба этих германских военачальника были единомышленниками, ни у кого сомнений тогда не вызывало [52; 75]. «Фрич и Бек – эти двое, упрямые и подозрительные, осмелились подвергать сомнению гитлеровский план покорения Восточной Европы ещё до начала его осуществления», – пишет британский исследователь Роберт О Нил [63; 29]. Именно как устойчивый тандем их и воспринимал Гитлер и его приближенные.
Первое активное сопротивление по вопросу внешнеполитического курса фюрер встретил со стороны фон Фрича. 5 ноября 1937 года на совещании, в котором принимали участие министр иностранных дел фон Нейрат, военный министр фон Бломберг и командующие тремя видами вооружённых сил, Гитлер впервые заявил о своих намерениях в отношении Австрии и Чехословакии [15; 1, 2 – 3], [51; 1], [52; 76], [63; 38]. Нейрат, Бломберг и Фрич высказались против этих намерений. Произошла даже их перепалка с Герингом. Бек, который также присутствовал на этом совещании, судя по всему, не поддержал своего шефа [51; 1]. Видимо, эти и объясняется то обстоятельство, что он ещё оставался на своём посту после отстранения Фрича от командования Сухопутными войсками вермахта.
Думается, подобная линия поведения Бека не объясняется ни его несмелостью, ни какими-то карьерными соображениями. Скорее всего, сыграло роль, что Бек не был против аншлюса Австрии (как вспоминал Манштейн [52; 75]). Зато его позиция оказалась иной в чехословацком вопросе – он резко (по сути дела, в одиночку39) выступил против намеченного Гитлером нападения на Чехословакию.
38
«По этому поводу следует заметить, – пишет Манштейн, – что генерал-полковник барон фон Фрич, а следовательно, и ОКХ,.. ниво время введения всеобщей воинской повинности, ни при занятии демилитаризованной Рейнской зоны не возражали против намерений Гитлера. То же можно сказать и о позиции генерала Бека… по вопросу о решении Гитлера ввести свои войска в Австрию» [52; 75].
39
К тому моменту, когда Бек противостоял Гитлеру в чехословацком вопросе Нейрат, Бломберг и Фрич уже были отправлены в отставку. Что же касается нового главнокомандующего Сухопутными силами германии генерал-полковника фон Браухича, то он, разделяя, в общем, позицию Бека, не был склонен лезть на рожон и демонстрировать свой несогласие с внешнеполитическим курсом нацистского руководства. Как вспоминает Манштей: «…Генерал-полковник Бек как-то с горечью сказал мне, что Браухич во время чехословацкого кризиса отстаивал точку зрения ОКХ без особой энергии и предоставил Беку самому вести борьбу» [52; 73].