![Ангел мой, Вера [calibre 5.25.0] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/4/8/7/8/angel-moj-vera-calibre-5-25-0-download.jpg)
Ангел мой, Вера [calibre 5.25.0]
- Автор: Гумерова Анна Леонидовна, Сергеева Валентина Сергеевна
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: ООО ТД «Никея»
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Ангел мой, Вера [calibre 5.25.0]». Краткое содержание книги:
Артамон все-таки убедил жену, что нехорошо дичиться местного общества. Поэтому два или три вечера в неделю, чтобы не соскучиться, они проводили на музыке или в курзале. Вызвать неодобрение местного начальства он не боялся и охотно преподавал унылым гапсальским армейцам уроки столичного щегольства: являлся в курзале в темно-зеленом галстухе взамен уставного черного, в коричневых перчатках, с дорогим плюмажем на шляпе. Курзал, впрочем, был не Бог весть какой — музыкальный салон плохонький, в буфете подавали жидкий чай с черствыми булочками, да и сезон уже прошел. Из развлечений, самое большее, рассчитывать можно было на заезжего фокусника. Общество по сравнению с петербургским не блистало: большую его часть осенью составляли эстляндские и лифляндские немцы, помещики с мыз и бароны, которым ехать на курорт в разгар сезона было чересчур накладно.
Были две-три русских семьи, да и те не из великосветских. Артамону, впрочем, все равно было, с кем дружиться, лишь бы дружиться. Он живо сошелся с несколькими немецкими семействами, даже нашел среди них какую-то отдаленную родню по матери и вообще в городе говорил больше по-немецки, чем по-русски. Вера Алексеевна поневоле начала понимать немецкий язык.
Однажды вечером, отправившись в одиночку исследовать Гапсальский замок, Артамон познакомился со старичком-доктором из Вендена. Вид у старичка был презабавный — он бесстрашно лазал по развалинам стены, помогая себе палкой, маленький, почти шарообразный, похожий на жука. Заметив внизу проходящего, он повелительно крикнул:
— Господин офицер! Господин офицер! Там внизу должна лежать моя шляпа, а в ней часы. Вы ее видите?
— Да, — удивленно ответил Артамон.
— Тогда будьте добры сказать, который час! Я хочу знать, не пора ли мне пить пиво.
Артамон сказал. Старик схватился за голову, заторопился вниз, выронил палку, поскользнулся и наверняка упал бы, если бы Артамон его не подхватил. Последовал взаимный обмен любезностями, и уже на следующий день почтенный венденский лекарь вместе с супругой, такой же маленькой и круглой, пил чай в домике на берегу. В их присутствии даже Леманы перестали кланяться, как автоматы, и зашушукались, чего никогда прежде себе не позволяли. Между венденцем — урожденным немцем — и Артамоном, немцем наполовину, завязался типический русский спор, горячий и довольно бестолковый, о лечении нервных болезней, в чем доктор, по его собственному признанию, понимал мало, а Артамон и того меньше. Докторша снисходительно улыбалась, глядя на спорщиков, пила чай, ворковала с Верой Алексеевной о детях и время от времени говорила мужу:
— Дидерик, ты волнуешься!
С нервных болезней перешли на Италию (где оба не были), на последние находки в Романье, о которых печатали в газетах. Вера Алексеевна слушала с искренним интересом: мужчины спорили страстно и увлеченно, видимо забыв о присутствии дам, а потому не считая нужным применяться к их вкусам.
— …Нынче все хотят подражать римлянам, а того не понимают, что на наш взгляд римляне показались бы безобразны. Какие тупые, бессмысленные лица у их статуй!
— Но все-таки аристократическая внешность…
— Если понимать под аристократической внешностью известную тонкость черт, то это прямо-таки нечто противоположное… Габсбургские челюсти, лошадиные лица английской знати — вот подлинно аристократическая внешность! Поверьте мне, я говорю как врач. Во Франкфурте я видел прелестного ребенка, отпрыска знатной княжеской фамилии, последнего в своем роде. Достаточно было притронуться к нему пальцем, чтобы на коже выступила кровь. Несчастное дитя! Слава Богу, что древнейшие русские роды не брезговали мезальянсами, иначе за восемьсот лет ваши Rurikiden28 выродились бы до полного ничтожества…
Докторша тихонько кашлянула, отвлекая внимание супруга от двусмысленной темы. Тот смутился, взглянул на Веру Алексеевну и произнес панегирик славянской наружности.