Прощание славянки
- Автор: Ушаков Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- ISBN: 978-3-85-658811-4
- Жанр: Военная документалистика и анализ
Электронная книга - «Прощание славянки». Краткое содержание книги:
Почему к концу войны Россия осталась без армии и кто был в этом виноват?
Была ли Первая мировая война Отечественной войной и какую роль она сыграла в Судьбе России?
Именно на эти и многие другие вопросы мы и попытаемся ответить в нашей книге.
Поэтому мы не будет детально разбирать военные операции, а проследим, как их успехи и неудачи отражались на жизни нашей страны.
Попытаемся мы по мере сил разобраться и в таких сложных вопросах, как философские, социальные экономические аспекты войны и как эту самую войну в свете всех этих аспектов готовили в Германии.
И, конечно, рассказать о тех людях, которые отдавали свои жизни за нашу страну.
Отдавали не потому, что им приказывали их отдавать, а потому что не могли иначе.
Около двух миллионов наших соотечественников сложили свои головы на полях сражений Первой мировой войны.
Ни газовые атаки, ни многократное превосходство противника, ни отсутствие боеприпасов не смогли сломить русского солдата.
В тяжелейших условиях он совершал героические подвиги и в очередной раз спас Европу, сражаясь на самых критических направлениях.
И эта книга — призыв помнить и чтить их Светлую Память…
«Мы надеялись, — говорилось в его служебной записке, обнародованной после войны, — что германский император поймет значение демонстративных действий английского флота».
Лондонская «Таймс» одобрила заявление первого лорда адмиралтейства, как «адекватным образом выражающее наши намерения показать свою готовность к любому повороту событий».
На заседании военного кабинета 29 июля Черчилль заверил страну, что ее флот «находится в своем лучшем боевом состоянии».
«16 линейных кораблей, — говорил он, — сосредоточены в Северном море, от 3 до 6 линкоров — в Средиземном море. Второй флот метрополии будет готов к боевым действиям в течение нескольких дней.
Наши запасы угля и нефти достаточны».
После недолгого колебания Кабинет министров послал телеграммы военно-морским, колониальным и военным учреждениям с приказом объявить боевую готовность в 2 часа пополудни.
Поздним вечером 29 июля Вильгельм вызвал к себе британского посла Гошена.
Присутствующий в кабинет кайзера канцлер поинтересовался, насколько серьезно переданное ему Лихновским заявление министра иностранных дел.
— Великобритания никогда не позволит сокрушить Францию! — подтвердил слова своего министра посол.
— А останется ли Англия нейтральной, — последовал новый вопрос, если Германия нанесет Франции поражение в войне, но не «сокрушит» ее и пообещает территориальную целостность Франции и Бельгии после войны?
Посол ответил, что не может дать ответа на столь сложный вопрос, но немедленно доведет его до сведения своего правительства.
— Заключать сделку с Германией за счет Франции, — воскликнул Грей, ознакомившись с предлождением Бетман-Гольвега, — бесчестие, от которого доброе имя страны не может быть отмыто!
Премьер Асквит был полностью с ним согласен и санкционировал соответствующий ответ в Берлин.
Как известно, «План Шлиффена» предполагал выступления против Франции через территорию Бельгии. При этом бельгийский нейтралитет не считался немцами препятствием.
— Мы, — цинично заявил по этому поводу начальник Генерального штаба Гельмут фон Мольтке, — обязаны игнорировать все банальности в отношении определения агрессора. Лишь успех оправдывает войну!
Надо было спешить с началом боевых действий, однако канцлер попросил у осаждающих его генералов еще одни сутки. Поскольку не все еще было ясно с Россией, которая осуществила мобилизацию против Австро-Венгрии.
30 июля Германия потребовала отказа от мобилизации русской армии, предоставив Петербургу всего сутки на раздумье.
Французов в этой обстановке больше всего интересовала позиция Лондона.
Э. Грей сообщил французскому послу Полю Камбону, что до настоящего времени события на континенте не имеют прямого отношения к Англии, хотя «бельгийский нейтралитет может стать решающим фактором».
Надежда на мирное разрешение спора сохранялась до 31 июля 1914 года.
В этот день лорд Китченер сказать Черчиллю, что жребий брошен и теперь на повестке дня германское наступление против Франции.
— Если мы не поддержим Францию в момент реальной для нее опасности, — сказал в частной беседе премьер Асквит своей близкой знакомомй, — мы никогда не будем подлинной мировой силой…
В полдень 1 августа истек срок германского ультиматума России.
Через пятьдесят две минуты германский посол в России граф Пурталес позвонил Сазонову и объявил о состоянии войны между двумя странами.
В пять часов вечера кайзер объявил всеобщую мобилизацию, а в семь Пурталес вручил Сазонову декларацию об объявлении войны.
Вильгельм обратился к королю Георгу V.
«Если Франция предложит мне нейтралитет, — писал он в своей телеграмме, — который должен быть гарантирован британским флотом и армией, я воздержусь от нападения на Францию…»
Когда Лихновский передал, что о подобной гарантии не может быть и речи, взбешенный кайзер дал отмашку своим рвавшимся в бой генералам.
Всем было понятно, что введение германских войск в Бельгию — дело теперь уже нескольких часов.
«Если мы позволим Германии растоптать нейтралитет Бельгии, — писал лорду Роберту Сесилю Черчилль, — не оказав при этом помощь Франции, мы окажемся в очень печальном положении».
Вечером 1 августа Черчилль обедал в адмиралтействе.
«Мы, — вспоминал он, — сидели за столом и играли в бридж, карты только что были розданы, когда принесли красный ящик из Форин-офис.