Идеальные звёзды

– Не хами. Я тебя не заставлял к военным лезть. Да, жизнь у тебя не очень, но это не повод срываться на тех, кто хочет помочь.

– Извините…

Некоторое время мы молчим, слышен только тихий шелест обогревателя.

Ладно уж. Нужно что-то сказать. В конце концов, я тут взрослый мужик, взялся помогать – нужно помогать. Даже если в итоге никто не оценит.

– Сейчас мы в любом случае едем в Данбург. В приюте веди себя адекватно, не пытайся сбежать. Не нужно бесить военных ещё больше. Будешь действовать как разумный человек – я постараюсь помочь. Но если начнёшь выкидывать ебанутые фортели, я за такое вписываться не буду. Это ясно?

Розамунда мелко кивает.

А вот остальное… Нет, сначала я должен убедиться. Тяжело вздохнув, продолжаю:

– Это всё, о чём мне стоит знать?

– А что?

– Ну, может, ты случайно забыла сказать, что в части не только гроссбухи брала? Лазала по документам?.. Продавала скопированную информацию?..

– Не, ничего такого, – она мотает головой.

– Хорошо. Если это правда, тогда покажи мне. Всё полностью, начиная с того, как ты сбежала из приюта. Чтобы я был уверен.

Телепатическая связь надёжнее, чем детектор лжи. Гипотетически обмануть возможно, но это требует опыта и больших усилий – чтобы поддерживать в голове многогранный образ, похожий на реальное воспоминание. Ну, и огромного везения – чтобы тот, кому показываешь, не приглядывался к деталям, потому что стоит коснуться этого карточного домика, как он посыплется.

Розамунда задумчиво смотрит вперёд, сквозь лобовое стекло фургона. Как же мне хочется, чтобы она отказалась, – тогда всё станет ясно и так, без проверок. Но она кивает.

Прикасается к моему сознанию.

А я тяну с ответом, потому что одно дело – просто разговаривать мысленно, а другое – нырнуть в чужую жизнь, восприятие и обнажённые чувства. Надеюсь, она не попытается втюхать мне враньё. Но даже если нет, всё равно придётся копать глубже, чтобы убедиться, что это настоящие воспоминания, и хрен знает, что там может быть. Я уж точно не хочу вляпаться в образы секса за еду или ещё какой хуйни – только начал привыкать к нормальному миру, не хочу возвращаться во всё это дерьмо. Но чтобы доверять ей, я должен быть уверен на сто процентов в том, что она говорит правду.

Ладно. Момент истины настал. Я отвечаю на прикосновение Розамунды – словно протянутая ладонь, которая обхватывает меня и тянет вглубь.

Здание приюта, тёмно-зелёный забор метра три в высоту. Перелезть легко.

Пасмурное небо, зябко. Берег широкой реки, справа в паре километров виден мост. На влажной земле – след костра, вокруг него – ободранные и грязные автомобильные кресла, мусор.

Смутные образы местных людей Розамунда показывает мимоходом. Они разговаривают с ней, иногда улыбаются, протягивают еду. Этот образ полон тёплых эмоций, и я от удивления ощупываю его внимательно. Да, все одеты, никакой порнухи. Они на самом деле давали ей еду просто так? Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но если уж так – значит, ей повезло.