Идеальные звёзды

– А по окнам зачем лазаешь?

Она кутается плотнее в куртку – снова похожа на нахохлившегося воробья.

– Да это случайно. Анна купила помаду, а Томео выбросил. И вообще ругался. Сказал, рано ей про это думать.

– Это тот парень?

– Да нет! Это директор. А Алеку помада понравилась, она для него и купила. Ну и она плакала, а денег больше нет. А у меня тоже нет, я тогда купила карандаши, дорогие, всё потратила. Как раз перед этим. Ну, я и залезла… в окно… В магазин.

– За помадой для Анны.

– Ага. И как-то… Так и пошло. Вот, – она выпутывает руки из куртки, достаёт из-под комбинезона цепочку с маленьким блестящим шариком и показывает мне. – Томео бы не разрешил. Я ей тоже взяла, а он увидел, а она сказала, что нашла.

– Однако в военной части украшений нет.

Она бормочет всё неохотнее:

– Это Алек нас поймал. Ну, сказал, прикольно, что я так могу. И, типа, спорим, что я высоко не залезу. А самое высокое это у вас.

– Прям уж у нас? На обычный дом не судьба лезть? Или это тоже он предложил?

Розамунда не отвечает, но почему-то мне кажется, что я прав. И от мысли, что какой-то малолетний идиот – не мутант, конечно, а «нормальный»! – сказал ей лезть в военную часть, а эта дура и полезла – ну конечно, потому что он ей нравится! – меня разбирает злость.

– Повелась на слабо? Серьёзно? Знаешь, я тебе, конечно, никто, но всё-таки скажу: думай в первую очередь о себе. Если бы мы тебя не схватили, тебя бы застрелили, понимаешь? Я серьёзно. Прострелили бы тебе башку, и что бы этот твой Алек сказал? Думаешь, плакал бы по тебе? Что-то я сомневаюсь! Мне кажется, он бы сказал: «Да и ладно, сама дура. Никто не заставлял её туда лезть», – потому что так оно и бывает. Всем плевать! Ты сама должна о себе думать, – я перевожу дыхание и неожиданно даже для себя добавляю тише: – Он бы всё равно не оценил.

Вот тут нахохлившаяся Розамунда зло выпаливает:

– Да знаю я! Думаете, совсем тупая? Я же вижу, как он на Анну смотрит. А на меня – как на таракана какого-то. Типа, да, прикольно, но мерзко. Просто… Просто лучше хоть что-то, чем вообще ничего!

Она обрывает тираду и всхлипывает. Желание поучать окончательно тает. Помявшись, я всё же неловко похлопываю её по плечу, которое так сразу и не нащупать в мягких глубинах куртки.

– Ладно. Хорошо, что всё хорошо. Ну и давай дальше. Ты доказала, что можешь. Зачем снова полезла? Что, прям за гроссбухами? Серьёзно?

– Я хотела на краски накопить. Металлик, красивые такие. Мне для комикса. Будущее, там, футуризм, все в такой одежде… ну, типа металлической, короче. А они дорогие. Я подумала, если на тетрадках сэкономить, быстрее накоплю. Потом мы бы уехали и всё.

– Кстати да, а когда этот ваш цирк должен уехать?

– Да уже. Вчера.

Поодаль раздаётся шум шагов. Я тут же отодвигаюсь от Розамунды и, схватив с брезента прутья и упаковку пастилы, пихаю ей в руки. Подчёркнуто громко говорю: