Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

Характерное для Франции сочетание капиталистических и феодальных методов эксплуатации ложилось тяжелым бременем на плебейские массы. Процесс экспроприации самостоятельных ремесленников протекал в трудных и мучительных формах. Отделение их от средств производства было еще неполным и непрочным. При благоприятных обстоятельствах некоторой части удавалось выкарабкаться и вернуться к прежнему положению. Надежда на такой исход манила всех пострадавших. Не только в пригородах, но и в самих городах было еще немало самостоятельных ремесленников (chambrelans), работавших у себя на дому на заказ, или на скупщика. Их положение было чрезвычайно шатким и необеспеченным, но за него цеплялись как за соломинку. Кроме того, безработные члены цеховых организаций и религиозно-ремесленных братств, получая некоторую материальную поддержку, могли существовать довольно длительные сроки, хотя и полунищенским образом, но все же существовать, не становясь наемными рабочими. В крупных городах, особенно в столице, было много аристократических дворцов с многочисленной прислугой и дворней. Поэтому потребность в слугах всегда была велика. Наконец для безработного существовал еще один выход — он мог сделаться наемным солдатом в королевской армии или в отряде какого-либо вельможи. При помощи этих способов он мог влачить жалкую жизнь, не гоняясь за нищенски оплачиваемой работой. Эти обстоятельства были причиной того, что, несмотря на нищету и безработицу, царившие среди городских низов, предприниматели испытывали нехватку в рабочей силе и были заинтересованы в принуждении безработных к работе по найму. Характерное для периода разложения феодального способа производства соотношение спроса на труд и его предложение Маркс сформулировал следующим образом: «Переменный элемент капитала сильно преобладал над постоянным его элементом. Вследствие этого спрос, на наемный труд быстро возрастал при каждом накоплении капитала, а предложение наемного труда лишь медленно следовало за спросом».[193] В тех условиях, которые сложились во Франции в изучаемый период, несоответствие между спросом на труд и его предложением основывалось на том, что чисто экономическое принуждение к работе по найму не могло еще проявиться в полной мере. Поэтому понятны стремления буржуазии оформить в законодательном порядке обязательность работы для бродяг и нищих, а также использовать цеховые уставы для создания в мастерских устойчивых кадров наемных рабочих, лишенных права самовольного ухода с работы. Все средства, которыми обладало абсолютистское государство, были пущены в ход; труд сделался в значительной степени подневольным. Господствовавшая в цехах олигархия мастеров, становившихся предпринимателями капиталистического типа, выступала за превращение всех свободных до того ремесел в присяжные корпорации (jurandes). Эта мера давала хозяевам мастерских возможность воспользоваться всем цеховым аппаратом принуждения для закрепления за собой рабочей силы и превращения подмастерьев в простых наемников. Издавая соответствующие эдикты (в 1581 г., 1597 г. и др.), государство вводило корпоративный строй, одновременно стараясь несколько сгладить разницу между цеховой верхушкой и массой подмастерьев. В эдикте 1581 г. содержались некоторые пункты, облегчавшие подмастерьям переход на положение мастеров. Но объективных условий для реализации этих мер уже не было, и в этой части эдикт оказался мертвой буквой. Да и сама королевская власть, практикуя продажу грамот на звание мастера, открывала доступ в эту группу только имущим слоям.