Самая настоящая Золушка
- Автор: Субботина Айя
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Литнет
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Самая настоящая Золушка». Краткое содержание книги:
Глупо любить мужчину с обложки, но сердцу не прикажешь.
Да и Золушки существуют только в книгах и кино.
Но однажды мне придется стать его женой.
И я узнаю, чего стоит красивая жизнь в замке Бессердечного короля.
Мне нечего возразить, кроме того, что я до сих пор не верю, что могла изменять человеку, который был и есть смыслом моей жизни.
Я даже не могу ничего сказать в свою защиту, потому что голос разума подсказывает: это не Кирилл потерял память, и ему незачем придумывать эфемерные измены. Для чего? Это ведь не я наследница самой большой в стране финансовой империи, и в случае развода не он, а я останусь на улице ровно с тем, что он сам мне отдаст. Может, с небольшим капиталом, может — с двумя сотнями на такси.
В машине мы снова сидим максимально далеко друг от друга, только теперь я всей кожей ощущаю его неприязнь. И кажется, если бы в нашем браке все было хорошо, Кирилл не вел бы себя вот так, словно ему плевать, что случится со мной и нашим ребенком за пределами его дома. Как будто мы тяготим его одном своим присутствием.
Откуда эти мысли, если несколько минут назад я была уверена, что минувший год, пусть я и забыла его почти полностью, был самым счастливым в моей жизни?
— Мы были счастливы? — спрашиваю я, до предела взведенная непониманием, блужданием в лабиринтах его проклятых татуировок, где меня угораздило заблудиться. — Мы любили друг друга? Мы выбирали имя нашим будущем детям? Ты возвращался домой с улыбкой? Мы занимались…. — Я задыхаюсь, но все равно продолжаю тараторить как заклинивший автомат. — Мы занимались сексом каждый день, потому что нам этого хотелось или просто исполняли супружеский долго? Расскажи мне! Я устала ничего не помнить!
Кирилл даже не пытается повернуть голову.
Он словно весь зацементировался, закрылся не только от меня — от всего мира. И от мысли, что мы держались за руки, как близкие люди, мне хочется найти кусок мыла и до крови оттереть ладонь.
— Мои воспоминания, Катя, это только мои воспоминания, — наконец, отвечает Кирилл. — Ты вспомнишь, когда придет время.
— Я не могу так больше, ты понимаешь?!
Мне плохо. Мне больно от его внезапного безразличия, от того, что я за секунды из любимой жены превратилась в противную жабу. И самое ужасное то, что я до сих пор не могу заставить себя поверить в роман с другим мужчиной. Я бы никогда не позволила этому случиться, потому что я любила моего Принца еще до того, как он стал реальностью.
Но, наверное, сейчас мне в самом деле лучше побыть подальше от него.
Пока я не начала сходить с ума.
Глава тридцатая:
Катя
Дом, в котором живет Морозов, находится на противоположной стороне города.
По дороге мы с Кириллом больше не обмениваемся ни словом, и все, что мне остается — молчать и прикусывать губы, когда изнутри прорывается очередная попытка заговорить, найти, наконец, правильные и нужные нам обоим слова.
Но он привозит меня к воротам огромного, пусть и не такого большого как его собственный, дома, говорит, что вечером пришлет водителя с моими вещами и что Морозов обо мне позаботиться.
Все. Точка. Ни единого слова больше, как будто сбагрил надоевшую игрушку.
Я проглатываю жгучую, как красный перец обиду и позволяю себе расслабиться в объятиях мужчины, которого не знаю еще больше, чем Кирилла, но которого теперь называю своим отцом.
— Все будет хорошо, — Морозов гладит меня по голове, убаюкивает как маленькую, и я чувствую, как из меня вынимают последний поддерживающий стержень.
Если бы не заботливые мужские руки — так бы и растянулась на каменных плитках, наверняка превратившись в позорную лужу.
— Больше эта мразь не будет тебя использовать, — уже злее, трясясь от собственного гнева, говорит он, помогая мне подняться на крыльцо и зайти в дом, где усаживает на диван, который кажется смутно знакомым. Обивка с вышивкой знакомо трет пальцы. — Теперь ты дома и будешь под моей защитой. Всегда.
Я киваю, протягиваю руку, чтобы подтянуть ближе продолговатую подушку в форме котлеты. Еще один отрывок памяти тела. Я абсолютно точно бывала здесь раньше: я знаю расцветку вазы с сухоцветами до того, как начинаю вглядываться в роспись на белом фарфоре, я помню оттенки деревянной мебели, я помню сколько ступеней на лестнице вверх. Я помню…
— Я привезла чемодан, да? — вдруг озаряет меня. Я так резко поднимаюсь, что от оттока крови мгновенно кружится голова. Морозов отечески подставляет плечо, придерживает, словно несгибаемая свая. — Я ведь приезжала к тебе накануне? Привезла желтый чемодан, сказала, что поживу у тебя немного, потому что…
Он кивает, проблески радости зажигают его взгляд надеждой.
Но это все, что я помню. Нет ни причин, ни следствий — просто крохотный эпизод, который, пусть и не говорит ни о чем конкретном, все же отвечает хотя бы на один вопрос. Я знала, что отец не оставит меня, что он достаточно силен, чтобы тягаться с Ростовым, если бы Кириллу захотелось вернуть меня силой.