Литературная Москва. Дома и судьбы, события и тайны
- Автор: Недошивин Вячеслав Михайлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-119691-2
- Жанр: Путеводители, карты, атласы
Электронная книга - «Литературная Москва. Дома и судьбы, события и тайны». Краткое содержание книги:
В книге 320 московских адресов поэтов, писателей, критиков и просто «чернорабочих русской словесности» и ровно столько же рассказов автора о тех, кто жил по этим адресам. Каменная летопись книг, «география» поэзии и прозы и в то же время — захватывающие рассказы о том, как создавались в этих домах великие произведения, как авторам их спорилось, влюблялось и разводилось, стрелялось на дуэлях и писалось в предсмертных записках, истории о том, как они праздновали в этих сохранившихся домах творческие победы и встречали порой гонения, аресты, ссылки и расстрелы. Памятные события, литературные посиделки и журфиксы, сохранившиеся артефакты и упоминания прообразов и прототипов героев книг, тайны, ставшие явью и явь, до сих пор хранящая флёр тайны — всё это «от кирпичика до буквы» описано автором на документальной основе: на сохранившихся письмах, дневниках, мемуарах и последних изысканиях учёных.
Книга, этот необычный путеводитель по Москве, рассчитана как на поклонников и знатоков литературы, так и на специалистов — литературоведов, историков и москвоведов.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Вяземский на 40 лет переживет Пушкина, но здесь они провели, может, самые лучшие минуты своей близости. И уж конечно, не знаю, как вы, но я благодарен семье Вяземских и особо жене его, что в Петербурге именно они, единственные в городе, отказали от дома Дантесу, чтобы защитить поэта от неизбежных с ним встреч…
К концу жизни, став высоким чиновником, став сенатором и членом Государственного совета, Вяземский располнеет, станет рассудочен и потеряет свое знаменитое свободомыслие. А в журналах вместо легких и изящных поэтических творений, будет печатать по службе скучные статьи «о внешней торговле». Доживет до публикации «Войны и мира» Толстого (всех застал!), но, как напишут о нем, «переживет к старости и свою литературную славу, и друзей».
Интересно, вспоминал ли грибоедовское: «Служить бы рад — прислуживаться тошно», которому молился когда-то в этом доме? Ведь мы же помним, как страстно он ненавидел режим. «Клянусь тебе честью, — гордо писал он когда-то одному из своих друзей, — что предложи мне теперь первое место в государстве… то при нынешнем положении дел, которого я не одобряю, отказался бы от всего без малейшего усилия… Служить мне у нас в нашу пору было бы по мне торговаться с совестью…» Вот только «прислуживался» ли он, служа государству? Не знаю, не замечен. Как и все его лихие друзья молодости, которые к «преклонным летам» выбрали-таки службу.
Дом этот, где они собирались, пережил поэта. Удивительно, но в 1900 г. здесь будет жить певец и будущий мемуарист Федор Иванович Шаляпин, которого именно тут навестит его друг — Максим Горький. А позже, с 1919 г., здесь поселится журналист, юрист, дипломат и политический деятель нового уже времени Николай Михайлович Иорданский. В истории литературы он для меня останется как муж первой жены Александра Ивановича Куприна — Марии Карловны Давыдовой, ставшей здесь уже не Давыдовой, и, увы, не Куприной — «товарищем Иорданской».
72. Вознесенский пер., 11, стр. 1 (с.), — Ж. — с 1916 по 1921 г., до высылки за границу — прозаик, эссеист, переводчик, юрист, один из организаторов Всероссийского союза журналистов и, с 1917 г., его председатель, а затем и Союза писателей — Михаил Андреевич Осоргин (Ильин). Здесь же жила его вторая жена Роза (Рахиль) Григорьевна Осоргина (урожд. Гинцберг).
В 25 лет он — юрист, помощник присяжного поверенного: «куча малюсеньких дел, десятирублевых доходов, толстый с вензелем портфель…» — примкнул к эсерам, и в 1905-м оказался сначала в Таганской тюрьме, где ему грозил смертный приговор, потом в ссылке и в эмиграции, откуда привез в этот дом свою вторую жену — Рахиль Гинцберг, дочь «знаменитого столпа сионизма» — Ашера Гирша Гинцберга.
Писатель Михаил Осоргин
Мало кто помнит, что Осоргин, чтобы жениться, перешел в иудаизм, т. е. прошел процедуру обращения — «гиюр». Здесь писатель выпустил сборники рассказов «Призраки» (1917) и «Сказки и не сказки» (1918). Но революцию не принял и, чтобы выжить в наступавший голод, вместе с друзьями (писателями Зайцевым и Грифцовым, а также Бердяевым) организовал частную книжную лавку (Леонтьевский пер., 16). За всеобщей «отменою книгопечатания», наступившей после 1917-го, он же придумал выпускать «рукописные книжки» поэтов и писателей (коллекция их, собранная Осоргиным, хранится ныне в Библиотеке им. Ленина). Все четверо «продавцов» стали сначала «президиумом» организованного ими Всероссийского союза писателей, а затем и членами Комитета помощи голодающим («Помгола»). Ныне пишут, что во главе Комитета Ленин поставил Рыкова и Каменева, а в сам Комитет вошли «приличные люди»: К. Станиславский, М. Горький, Б. Зайцев, П. Муратов, А. Л. Толстая, В. Фигнер, А. Карпинский, А. Ферсман, Е. Кускова и др. Осоргина назначили выпускать газету «Помгола» — «Помощь». Именно газета выпустила в те дни ультиматум властям: или их делегацию выпускают в Европу для сбора денег, или Комитет закрывается, «ибо местными силами помочь нельзя».