Ни бог, ни царь и не герой [Воспоминания уральского подпольщика]

К вечеру Мячин и девушки забрали свой драгоценный груз и ушли в Златоуст, оставив меня одного в балагане.

— Завтра кто-нибудь из нас вернется, — пообещал Костя. — Принесем тебе одежду, паспорт, скажем, куда ехать. Не беспокойся и жди.

Я молча мотнул головой.

Договорились, если что случится — появится кто-нибудь подозрительный или полицейская разведка, — я переберусь с зимовья, двинусь по направлению к Уржумке и остановлюсь поблизости от больших лиственниц, против шестой версты железной дороги. Эти места мы все хорошо знали.

С тем и расстались. Некоторое время я видел три быстро удаляющихся силуэта. Потом их поглотила сгустившаяся тьма…

Под берегом я развел костер, согрел воды, чтобы немного вымыться, отскрести тюремную грязь. Спать улегся не в балагане, а в кустах — на случай полицейского налета.

Но ночь прошла спокойно. Утром я встал, когда уже солнце поднялось довольно высоко, разыскал в балагане удочку, нарыл червей и в одном белье уселся на крутом бережку ловить рыбу на завтрак. На душе было спокойно и хорошо — правда, без особых на то оснований. Рыбная ловля — наслаждение. Сколько прошло времени в этом занятии, не знаю. Подле меня уже лежало несколько рыбешек.

Мне показалось, что в кустах справа мелькнуло что-то серое. Я пристально посмотрел в ту сторону — ничего. «Это мне все мерещится», — успокоил я себя и продолжал удить.

И вдруг сзади вылетели двое конных. Передний чуть не наехал мне на ноги. Я вскочил, с размаху — бух в воду! — и на тот берег, в кусты. Сразу броситься на лошадях с обрыва в реку стражники не решились. Взбешенные, они открыли по мне стрельбу.

Нет, поистине судьба в тот раз словно забавлялась: зло преследуя, в последний момент она сама же спешила на выручку.

Мое положение было очень трудным, куда труднее, чем могли предполагать и я и товарищи. Кто же знал, что мне придется спасаться от преследователей почти голым, в одном нижнем белье? Двигаться по условленному маршруту было невозможно: как пройдешь в одном белье по ровной открытой долине? Такую странную фигуру сразу заметят.

Я решил повторить маневр, к которому прибег накануне, — дугой обогнуть кустарник, из которого выскочили верховые, зайти преследователям в тыл и, спрятавшись в густых кустах, дождаться ночи. А потом «выкрасив» белье в грязи, чтобы оно не было таким броским, ночью пробраться в город, к своим.

В сумерки я двинулся к златоустовскому пруду, рассчитывая берегом добраться до Садовниковых — их дом стоял недалеко от леса. Тут мне не повезло: на облаву, оказалось, подняли не только полицию, но и войска, и они оцепили весь район. Во многих местах горели костры, стояли пикеты и никого не пропускали. Полиция, видимо, считала, что в одном белье, голодный, я обязательно буду пробираться в город.