Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов
- Автор: История Коллектив авторов --, Красильников Сергей Александрович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Политическая энциклопедия
- ISBN: 978-5-8243-2184-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов». Краткое содержание книги:
В очерках отражены основные аспекты, характеризующие механизмы формирования и эволюции таких «теневых» элементов социальной структуры, как тылоополченцы, спецпереселенцы, этнодепортанты, конфессиональные маргиналы, лица, подвергшиеся госпроверке («фильтранты»), частные предприниматели.
Представлены основы жизнедеятельности названных групп (социальные статусы, облик, адаптационные практики).
Руководители тайной полиции, по роду деятельности занимавшиеся борьбой с религиозными организациями, более реально оценивали численность сектантства. В 1924 г. глава Секретного отдела (СО) ОГПУ Т. Д. Дерибас назвал в числе объектов «работы» отдела «многочисленные сектантские общины с миллионным составом» и «антимилитаристов военного времени». Всего, по мнению Т. Д. Дерибаса, под постоянным наблюдением должно было находиться более 2 млн политических противников режима[194]. В докладе СО ОГПУ от 27 мая 1924 г. «Баптисты и евангелисты» последние были определены как самая большая сектантская группировка в СССР численностью в 2,5–3 млн чел.[195] Спустя 2,5 года, информируя Оргбюро ЦК ВКП(б) о деятельности «сектантства», начальник 6-го отделения СО ОГПУ Е. А. Тучков оценил динамику роста евангельских верующих с 300 тыс. в 1917 г. до 3 млн в середине 1920-х гг., указав на безусловную опасность для советской власти со стороны «мистических сектантов» (баптистов, евангельских христиан, адвентистов, молокан и духоборов) по сравнению со старообрядцами[196]. Аналогичные цифры роста баптистов и родственных им конфессий — с 0,5 млн до 2,5 млн чел. — привел председатель Антирелигиозной комиссии при ЦК ВКП(б) Е. М. Ярославский, выступая 10 декабря 1928 г. на заседании Оргбюро ЦК ВКП(б)[197]. В 1929 г. на II съезде Союза воинствующих безбожников СССР другой известный антирелигиозный деятель и специалист по сектантству, Ф. М. Путинцев, оценил общее количество «сектантов»-протестантов в 1 млн чел. и подверг резкой критике В. Д. Бонч-Бруевича за недостоверную статистику в отношении евангельских церквей. Цифру в 35 млн сектантов Ф. М. Путинцев справедливо назвал выдуманной и заявил, что подобные цифры ведут к панике среди партийных и советских работников. «Баптисты, евангелисты и адвентисты — это секты боевые, которые опасны для нас, которые имеют тенденцию к росту, у них применяются новые методы обработки молодежи. Значит, о них надо говорить, но не разводить паники», — призывал Ф. М. Путинцев[198].
В действительности общая численность членов всех неопротестантских[199] конфессий была в 1920-е гг. едва ли выше 2 млн чел.[200], при этом данная цифра, очевидно, включала в себя не только действительных, но и потенциальных членов общин, готовившихся принять крещение. При этом совокупная численность евангельских христиан и баптистов, по оценкам руководства обоих союзов, едва ли превышала к концу 1920-х гг. миллион человек.
Относительно достоверные сведения о численности евангельских христиан в СССР в 1930-е гг. появляются только в ходе январской переписи 1937 г. Как известно, вопрос № 5 «Религия» был внесен в опросник переписи в конце 1936 г. по инициативе И. В. Сталина, респондентов опрашивали по этому вопросу начиная с 16 лет. О своей принадлежности к тому или иному вероисповеданию заявили 55,3 млн чел. (56,7 % населения старше 16 лет)[201], среди молодежи в возрасте 20–29 лет таких оказалось около половины, а именно 37,5 % среди мужчин и 52,2 % — среди женщин. Из общего количества верующих 392 393 чел. (0,7 %) заявили о своей принадлежности к христианским сектам[202].
Интерпретируя вышеприведенные результаты переписи, можно сослаться на исследование Г. Фриза, который пришел к выводу о том, что они «не могут быть использованы безоговорочно ни в целях преувеличения, ни в целях недооценки уровня общественного благочестия»[203]. С одной стороны, известны факты, когда активисты церковных общин использовали перепись для того, чтобы побудить своих близких и знакомых, тех, кто колебался или был атеистом, заявить о себе в качестве верующих, рассчитывая таким образом оказать воздействие на власть в вопросах регистрации общин и предоставления религиозных свобод. С другой стороны, перепись действительно побудила многих к скрытности, поскольку верующие воспринимали эту попытку властей как акцию, направленную на выявление всех верующих, вслед за которой последуют репрессии в их отношении. Без сомнения, сыграли свою роль и апокалиптические страхи, сопровождавшие со стороны сектантов практически каждую перепись в России[204].
194
Измозик В. С. Глаза и уши режима. Государственный политический контроль над населением советской России в 1918–1928 годах. СПб., 1995. С. 115–116.
195
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 87. Д. 176. Л. 184–187.
196
Там же. Ф. 89. Оп. 4. Д. 119. Л. 9.
197
Там же. Д. 26. Л. 4.
198
ГА РФ. Ф. 5407. Оп. 1. Д. 35. Л. 45.
199
Первоначальными формами протестантизма были лютеранство, цвинглианство и кальвинизм, унитарианство и социанство, анабаптизм и меннонитство, англиканство. В дальнейшем возник ряд течений, известных как поздний протестантизм, или неопротестантизм: баптисты, методисты, квакеры, адвентисты, пятидесятники, Армия спасения и ряд других. Формирование большинства этих течений проходило под знаком «религиозного возрождения» (ривайвелизм), возврата к идеалам раннего христианства и Реформации.
200
Совокупная численность евангельских христиан и баптистов в СССР составляла около 1 млн, меннонитов — около 100 тыс., адвентистов — около 20 тыс. Неизвестную величину составляет количество молокан; руководство конфессии к концу 1920-х гг. оценивало его в 1 млн чел.
201
См.: Жиромская В. Б. Демографическая история России в 1930-е годы. Взгляд в неизвестное. М., 2001. С. 191.
202
Жиромская В. Б. Демографическая история России в 1930-е годы… С. 191, 194, 206. Эта группа обозначена в переписи как «христиане прочих направлений», в отличие от других христианских конфессий: православных (75,3 %), католиков (0,8 %), протестантов (0,8 %) и армяно-грегориан (0,3 %).
203
Freeze Gregory L. The Stalinist Assault on the Parish, 1929–1941 // Stalinismus vor dem Zweiten Weltkrieg. Neue Wege der Forschung. München, 1998. S. 229–230.
204
Подробное описание реакции верующих на вопросы переписи см.: Жиромская В. Б. Демографическая история России в 1930-е годы… С. 185–191.