Кто здесь хозяин? [Новеллы]

— Над средствами и способами лечения шприцем анемии коллоидного тутового листа, — бойко, одним духом выпалил Джумбер.

— Мои труды читали?

— Насколько я знаю, вы над этой проблемой не работали. — Ответ младшего лаборанта, может быть, прозвучал слишком категорично.

— Я спрашиваю вообще, — не растерялся и академик.

— Вообще, разумеется, читал…

— Каким иностранным языком вы владеете?

— Французским. Читаю и перевожу со словарем.

Академик зевнул и потер рукой сизоватый, похожий на картофелину нос.

— Одного французского вам недостаточно.

— ?

— Французского недостаточно, я говорю. Над анемией тутового листа французы работают мало. Вы должны изучить английский.

— В каком локальном направлении вы посоветовали бы мне работать? — воспользовался короткой паузой Брегвадзе.

— Изучите как следует английский, а потом поговорим. — Академик устремил взор в окно. Для догадливого собеседника это должно было служить знаком окончания аудиенции.

— Да, кстати, вы в штате? — спросил академик лаборанта, который был уже у дверей.

— Да, в штате. — Джумбер приостановился.

— По чьей рекомендации вас приняли?

— По распределению. У меня был диплом первой степени.

— И этого для Абесадзе оказалось достаточно? Зачем вы морочите мне голову, молодой человек? Или ученые кажутся такими наивными и простодушными людьми, не от мира сего?

— Как вам сказать. — Джумбера прошиб холодный пот. — Это действительно было так…

— Я знаю, как это было! Из трех вариантов один: первый — директору позвонило влиятельное лицо, второй — коррупция сделала свое дело, и третий — вы его допекли, и он устал вам отказывать. Я-то хорошо знаю, что за жук этот ваш Абесадзе.

— Я… я новый человек… я не настолько хорошо знаю… — пролепетал младший лаборант, запинаясь и глотая слова.

— Э-э… послушайте-ка… как ваша фамилия?

— Брегвадзе…

— Послушайте, Брегвадзе. Вы знаете, что вытворяет Абесадзе? Он не дает командировок несчастным ученым, но оформляет командировочные удостоверения, а деньги прикарманивает. Вам нужны факты? Извольте. Месяц назад он выдал командировочное удостоверение моему ассистенту Миротадзе, а денег не дал, мол, нет средств сейчас. А командировочная сумма выдана, и в ведомости стоит фиктивная подпись. Я только недавно узнал об этом. Кроме того, он неотесанный грубиян. Я его в люди вывел, человека из него сделал, а он теперь меня позорит. Восемь лет директором института и до сих пор не может выучить как следует хотя бы русский язык!..

— Неужели все это правда? — обомлел Брегвадзе.

— Какой смысл мне наговаривать, Чивадзе?! — патетическим тоном проговорил академик.

— Брегвадзе, батоно, — подсказал младший лаборант.

— Разве когда-нибудь я говорил неправду, Брегвадзе? — вопросил Тереладзе и решительно водрузил на нос очки.

Когда Джумбер шагал назад по коридору к своей лаборатории, его неприятно познабливало. Встреча с Тереладзе разрушила тот образ большого ученого, который жил в его воображении с самого детства и который он наделял всяческими достоинствами и добродетелями. «Я думал, что он парит где-то в горних сферах, робел и боялся, что говорить с академиком будет так трудно и сложно, что я со своими зачаточными знаниями буду сгорать со стыда и заплутаюсь в дебрях терминов и гипотез. А он о науке и словом не обмолвился. Какое мне дело до того, оплатили ассистенту Миротадзе командировку или нет?.. Или, может статься, я допустил какую-то оплошность, ляпнул что-то не то, не показал себя с достойной стороны и потому Гайоз Тереладзе спустился с высоты научных материй в абесадзевское болото?..»