Озябнуть в Зимбабве
- Автор: Грозная Кира Анатольевна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Лимбус-Пресс
- ISBN: 978-5-8370-0901-3
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Озябнуть в Зимбабве». Краткое содержание книги:
Повести написаны легко и занимательно, с юмором и беспощадной откровенностью.
Мы с Лариской пошуровали грабельками, но быстро утомились. Остаток дня валялись на ворохе сена, наблюдая, как трудятся взрослые, и завидуя мальчишкам, раздетым до трусов (нам уже полагались топы-лифчики).
От душного пряного запаха травы у меня покраснели глаза, распух нос. Я расчихалась, и мама прогнала меня от копны. Тогда мы с Лариской отправились в «путешествие» по окрестностям. Генка и Тишка увязались за нами. В этот день мы налопались диких ягод, промочили ноги в болотце, поросшем мхом, приняв его за травянистую пустошь. Хорошо, не провалились...
Потом был пикник. Ели варёные яйца, сочные розовые помидоры, хрустящие огурчики. Взрослые выпили по стаканчику сухого вина, а нам налили яблочного сока, который продавался в «Стекляшке» в стандартных бутылках, похожих на пивные. Мы играли в «пьяниц», упивающихся пивом: строили «ханыжные» рожи, чокались стаканами, развалившись полулёжа за спинами взрослых, - но так, чтоб не увидели. «Я против недетских игр», - всегда говорила мама.
Добравшись до озера, искупались в прозрачной воде, холодной даже на мелководье. Только Тишка не купался, сидел на берегу и завистливо глядел, как мы плещемся, подныриваем, плаваем сажёнками.
Так открыли дверь в новое лето.
За первым купанием последовали другие: наступил сезон.
Завод выделял сотрудникам прогулочный катер, ходивший на дальние пляжи, которые назывались Кайсара и Сухой Хребет. Отмели в тех местах были многокилометровые. Родители отпускали купаться без присмотра, не боясь, что потону.
Вот я стою на корме катера и наблюдаю, как водолаз дядя Савва снаряжается для подводного погружения. Дядя Савва - огромный, пузатый, с тяжёлым подбородком и орлиным носом. Он надевает гидрокостюм, ласты и маску. На спину навешивает баллоны с кислородом, на пояс - нож и пистолет-гарпун. Напяливает водолазный шлем, в рот вставляет трубку... Я смотрю с восторгом и завистью.
Дядя Савва разминается, топчется на корме. Потом прыгает, неловко плюхается в воду, с брызгами и грохотом. Выныривает, отфыркивается. И саженками плывет к горизонту, удаляясь от берега.
А катер идёт к берегу прямым курсом.
Проходит минут десять - и вот мы на месте. Ползёт со скрипом тяжёлая цепь, уходит под воду и застревает в иле якорь. Мы сходим на песчаный берег по деревянному трапу, разбиваем лагерь. Мне разрешают искупаться. Иду по мелководью, пытаясь найти местечко, где воды хотя бы по пояс... Куда там! Отмель.
На горизонте появилась чёрная точка. Она медленно приближается и растёт. Я валяюсь на ребристом песке под тонким слоем воды. Резко холодят тело подводные течения: это ледяные ключи впадают в Иссык-Куль.
Чёрная точка увеличивается. Мама зовёт меня на берег, встречает, растирает махровым полотенцем. Точка вырастает в кляксу на голубом фоне. Вскоре становится видно, что это дядя Савва. Он понуро бредёт к берегу в своём снаряжении. Воды ему по колено.
Когда дядя Савва выходит из озера и снимает маску, лицо у него сконфуженное.
Я плескалась на отмели, потом валялась, отогреваясь, на горячем песке. Отползала, как ящерица, подальше от взрослых, за кусты облепихи. Там, в жаркой блаженной одури, в одиночестве, на мелком песочке, можно было подумать, помечтать.
Сколько дней осталось до приезда Ярека - пятнадцать, двадцать? Как провести это время, чтобы оно бежало незаметно, а не тянулось бессмысленно долго? Время всегда тянется долго, его так много. Вот мне уже девятый год, и столько пережито, что это не укладывается в голове. Расправа живодёров над стаей собак, убийство кролика на моих глазах, смерть целых двух генсеков (при одном из них я родилась, а второго как-то и не заметила). Я уже целую вечность живу на свете. А сколько лет ещё пройдёт, пока мы с Яреком, наконец, поженимся!..
На нашей свадьбе шаферами будут Витька и Лариска. Они тоже поженятся. А Генка, конечно, опять со всеми поругается, заберёт свои подарки и уйдёт.
Были и поездки в горы. Командированным для пикника на горном плато выделяли заводской автобус. То была ржавая колымага, которую с королевскими почестями обслуживали четыре водителя: Саша - молдаванин, Коля - наполовину киргиз, наполовину китаец, Абдрасыл - чистокровный киргиз и Анатолий Иванович - единственный среди шофёров русский, самый пожилой.
Как-то мы отправились посмотреть Джеты Огуз - красивейшую Долину Семи Быков. Это были семь гор из красного известняка. У местных существует древняя кровожадная легенда об их возникновении. Даже не одна... Когда выехали на степную дорогу, где редко проезжал транспорт, на обочине показались несколько старух с котулями[20] за спиной. Шофёр Абдрасыл остановил автобус, открыл переднюю дверь и по-киргизски окликнул их.
20