«Новое солнце на Западе». Беда Достопочтенный и его время

Англо-саксонский автор полгал, что сама земля имела форму шара, а не плоского круга. Хотя эта идея разделялась в греческой и римской философии, в христианском мире ей противоречили утверждения Библии о земле как о диске, или о прямоугольнике, повторявшем вместе с небесами очертания шатра[340]. У исследователей нет единого мнения о том, какую трактовку этого вопроса предпочитал Августин или Исидор Севильский: авторам скорее было свойственно уклоняться от определенного суждения. Чаще в их работах затрагивалась тема местоположения земли, но и здесь, прежде всего, перечислялись очевидные противоречия.

Высказывания Исидора на этот счет достаточно характерны для раннесредневековых писателей: «Однакоже, поддерживается ли она густотой воздуха, либо висит на воде (ибо написано: «Утвердил землю на водах»)? или каким образом мягкий воздух способен выдержать такую земную тяжесть? или если на водах плавает столь огромный вес, как он не потонет и почему сохраняет равновесие и не переворачивается на другую сторону?»[341].

Беда, в свою очередь, писал "о том, что земля подобна шару»[342] и аргументировал эту точку зрения. Свои доказательства он заимствовал у Плиния[343]: именно из-за этой формы жители северного и южного полушарий всегда видели разные созвездия; «наши созвездия не видны другим — мешает земной шар. Троглодит[344] и сосед его Египтянин никогда не видят Семизвездия, зато Италия не знает Канопа»[345]. Это положение подтверждалось также изменением протяженности дня в разных частях земли.

Авторитет Беды в христианской интеллектуальной культуре был весьма велик; трактат «О Природе вещей» сохранился в более чем в ста тридцати манускриптах, эту работу читали и в Британии, и на континенте. После Беды идея о шарообразности земли редко оспаривалась в христианской литературе[346].

Большое значение для системы рассуждений англо-саксонского автора имело знакомство с аристотелевской теорией о положении элементов. Примерное изложение этого учения содержалось в трудах Августина, логике этой же теории следовал Плиний[347]. В работах Беды говорилось, что все в мире состояло из четырех элементов, которые были расположены в зависимости от их тяжести. Стремление элементов занять свое место порождало движение. Так, огонь, как самый легкий элемент, устремлялся вверх; из него состояло верхнее, огненное небо, им же светили звезды. Ниже находились воздух, вода и, наконец, земля. Ее устойчивость, согласно Беде, происходила от той же причины; самому тяжелому элементу «земля» было отведено свое, присущее только ей место в мироздании[348]. Хотя Августин достаточно подробно описывал «поведение» каждого элемента, но англо-саксонский монах «говорил» словами Плиния, цитируя «Естественную историю»: «место огню есть только в огне, водам только в воде, дух помещен лишь в самом себе». Беда добавлял, что земля таким же образом могла пребывать только в себе и висела, не опираясь ни на что, и «ее облачение, подобно паллию, — бездна»[349].