Любовь и бессмертие [СИ]

– А проявятся?

– Конечно, детка. В ближайшее время Андрэ будет делать выбор или уже сделал его. При твоём папе он ни делами толком, ни семьёй не занимался. Так, чуть-чуть дедушка при взрослых внуках, чуть-чуть отец при удачно вышедшей замуж дочери, дела доверил вести зятю и внуку. Теперь он отец незамужней дочери, дед взрослой внучки, теперь он несёт ответственность и за мою честь, и за твою. Он во второй раз станет дедом, следовательно, автоматически берёт ответственность за обеспечение и воспитание ещё не рождённых внуков. Это в доме зятя Андрэ – почётный патриарх, а в доме внука и дочери он – патриарх, с правом вето на любое решение главы семьи. В современном обществе подобные «мелочи» не учитываются, но Андрэ человек из того мира, где в Мужчине живо понятие ответственности за семью.

– А он сможет, мама? Он же старый уже.

– Он сможет. Думаю, завтра мы познакомимся с другим, новым для нас Андрэ. Катюша, давай спать. – Я поцеловала её. – Красавица моя. Добрых снов, детка.

Катя потянулась ко мне с поцелуем, тут и осталась, положив голову на мою подушку и уткнувшись носом в мою щёку.

А я унеслась в воспоминания…

Было два часа ночи. Мои губы ещё горели от поцелуев, расслабленное тело было полно неги.

Я одевалась, чтобы уйти, сменить Полину Викторовну у постели Стефана.

Начинались шестые сутки, как мы забрали Стефана домой. Вчера вечером температура опять поднялась почти до сорока градусов.

– Серёжа, милый, не сердись. Я и подумать не могла, что Даша окажется настолько никчёмной.

– Маленькая, всё просто. Пригласим вторую сиделку, третью, пятую, сколько потребуется, и вопрос решён.

– Ты прав. Только зачем из больницы было забирать, если Стефана и дома будут окружать чужие люди? Серёжа, находясь среди родных лиц, он быстрее поправится. И ещё я знаю, что Стефан не отойдёт от постели, если заболею я, ты или дети.

Одевшись, я вновь легла рядом с Серёжей, целуя его губы и нашёптывая:

– Люблю тебя… люблю твоё понимание… терпение… люблю… о, Серёжа…

Ответные поцелуи становились длиннее, Серёжа хрипло выдохнул:

– Маленькая…

Я остановила его руку, скользнувшую под подол, отстранилась от его рта и встала с кровати. Уходила и видела в родных глазах растерянность и обиду.

«Я понимаю, ты чувствовал себя покинутым. Тебя разъедала ревность. А в сумятице моих чувств, главным было чувство вины. Ни один из нас не пожелал рассказать другому о своих переживаниях, ни один из нас не сделал попытки понять другого».

Катя уснула, дыхания её не было слышно, только выдыхаемый теплый поток щекотал кожу моей щеки. «Устала девочка, слишком много переживаний принёс день, и завтра вряд ли станет легче. Завтра приедет Андрей. Завтра день рождения Маши, в усадьбе будет много людей. Оох! Забыла! Завтра приезжает Виктор с младшим сыном. Как же я забыла? Надо утром отправить Женю в гостевой домик, проверить всё ли там в порядке. Это завтра. Надо спать. Завтра уже наступило. Серёжа, спокойной ночи. Плохо без тебя, страшно, но я справлюсь… надо…»