Властители душ: Иисус из Назарета, Мухаммед пророк Аллаха
- Автор: Грундманн Вальтер, Эллерт Герхарт
- Год: 1998
- Язык: русский
- ISBN: 5-22200437-6
- Переводчик: Ю. В. Бец
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Властители душ: Иисус из Назарета, Мухаммед пророк Аллаха». Краткое содержание книги:
Герхарт Эллерт в своей увлекательной книге, посвященной Пророку Аллаха Мухаммеду, позволяет читателю пережить судьбу этой великой личности, кардинально изменившей своим учением, исламом, Ближний и Средний Восток.
Предназначена для широкого круга читателей.
Было ясно, что так дальше продолжаться не может, никто не знал этого лучше, чем сам пророк. Воодушевление первых недель все равно не продлится дольше, чем можно было ожидать. Гостеприимство жителей Ятриба в отношении беглецов из Мекки было искренним и откровенным, и ни один, кто во имя Аллаха просил хлеба, до сих пор не голодал. Однако не могло и дальше продолжаться, чтобы беженцы оставались на содержании гостеприимных хозяев.
Маленькое облегчение принесло возвращение тех, кто бежал в Эфиопию. Они теперь под предводительством Отмана покинули африканскую империю, чтобы вновь воссоединиться в Ятрибе со своими. Пребывание в Эфиопии принесло многим деловым мекканцам хорошие плоды, особенно Отман вернулся с таким большим состоянием, которое он вряд ли сколотил бы у себя на родине. И несмотря на это, почти все возвратились в Аравию, лишь некоторые остались в Африке: те, кого эфиопские монахи обратили в христианскую веру.
Богатый Отман сразу же по прибытии в Ятриб купил колодец, который предоставил полностью в распоряжение беженцев. Тем, кто хотел купить акр земли или пальмовый сад, он одолжил денег. И для себя и для своей жены Рокайи, старшей дочери Мухаммеда он купил в самом прекрасном предместье Ятриба дом и сад, в котором созревали плоды граната. Однако лихорадка в Ятрибе сразила тех, кто ее боялся и делал все, чтобы не заболеть. Даже и десяти дней не могла Рокайя радоваться своему возвращению на родину, тяжелейшая лихорадка уложила ее в постель.
С этого момента Отман больше не заботился о потребностях земляков, и его кошелек закрылся для них. Беженцы из Мекки пытались, правда, возделывать поля, но скоро устали от этой непривычной работы. Они торговые люди, а не крестьяне, поэтому старались найти пути и средства, чтобы и здесь вести такую же жизнь, какую вели в Мекке.
Но им этого не удалось, потому что крупнейшие торговые пути пересекались все в той же Мекке, а не в Ятрибе, и базар, который снабжал весь город и окружающие его племена бедуинов, находился в руках иудеев. Было не так-то легко вытеснить их.
Настроение коренных жителей Ятриба по отношению к Мухаммеду не оставались таким же благоприятным, каким было в первые дни. Прежде всего этому способствовал Убайи, который до появления Мухаммеда считался самым влиятельным человеком в городе. Он не перестал насмехаться над присоединившимися к Мухаммеду и подстрекать народ против них.
— Они принесли нам новую веру, но мы оплачиваем ее! Кто из вас не кормил еще такого бездельника? Я буду поступать как они: не работать, а просить милостыню!
И толстый Убайи встал у колодца и начал кричать каркающим голосом: «Аллах иль Аллах!» — и протягивал руку, прося подаяния.
Люди падали со смеху, передавая известие дальше от переулка к переулку, иудеи оставили свои магазины, арабы оставили верблюдов и ослов и поспешили туда. Каждый хотел посмотреть на толстого богача Убайи, как тот стоял с протянутой рукой и просил подать ему.
— Мы стали большой семьей! — кричал Убайи, подражая голосу Мухаммеда как только мог. — Чем поможет нам, бедным из Мекки, брат или отец, который так же беден, как и мы? Нет, вера должна сотворить новый семейный союз! Так присоединяйся же, бедный беглец, к богатому жителю Ятриба! Он будет тебе братом, защитником и позволит высосать из него все! Аллах иль Аллах! Как прекрасна наша вера и каким богатым делает она!
Улыбки, не желающие прекращаться. «Дальше, Убайи, дальше!»
Толстый Убайи вытирает себе лоб:
— Еще? Как хотите. Аллах иль Аллах! Так как в день мы должны молиться пять раз, мы могли бы не работать, так же как и вы, поэтому мы хотим пойти на базар и посмотреть, не умеем ли мы лучше торговать, чем иудеи! Эй, Аллах иль Аллах! Что за высокое чувство это должно быть для нас, стать обманутыми во имя Аллаха! Для этого мы иногда будем молиться за вас. Мы будем наклоняться вперед, вставать, снова становиться на колени. Подумайте только, какое напряжение это для нас — и имейте уважение к нам!
Снова вспыхнули улыбки, но на этот раз неуверенные и редкие. Почти каждый, по меньшей мере издалека, смотрел на молитву мусульман, и самоотречение и страстность этого благоговения дали всем пищу для размышления. Может быть, все же нехорошо смеяться над этим.
Убайи почувствовал, что зашел слишком далеко, поэтому прекратил и исчез в толпе. Даже если его последние слова не нашли больше отклика, то все равно вспомнят о тех, что он произнес раньше…
Об этом и подобного рода происшествиях было рассказано пророку, если не совсем дословно, то хотя бы передан основной смысл, и сердце Мухаммеда преисполнилось забот. Не работать не годилось. Однако не приносило радости и то, что Фатима становилась все слабее и бледнее от груза домашней работы, Абу Бекр иногда подрабатывал водоносом у одного богатого иудея, чтобы заработать денег, и он, Мухаммед, сам должен был один за другим продавать предметы обихода, привезенные из Мекки, чтобы поддерживать жизнь. Лишь Аиша была избалована всеми и никогда не думала о том, чтобы работать для других или себя самой. Не работали она и «люди со скамьи».
«Скамья» была из дерева, которая, правда, возвышалась над землей и тянулась вдоль восточной стены мечети, под крышей из пальмовых листьев. Несколько покрывал и лохмотья лежали там, заботливо расстеленные и расправленные на солнце в полуденное время, чтобы оттуда выпрыгивали вши и блохи, и служили ночью постелью для тех, чьи потребности были такими же маленькими, как и их желание работать, а их чашечки для подаяний богобоязнь богатых наполняла каждый день.
Не гласит ли Коран, что нет ничего похвальнее, чем разделить с бедняком изобилие? Как должны остальные отрабатывать эту добродетель, если у них не было возможности для этого? «Люди со скамьи» целый день лежали в теньке и находили, что мир Аллаха устроен прекрасно и правильно.
Это были рабы, бежавшие из Мекки, которые вовсе не спешили найти нового хозяина. Так же и бедуин, бывший проводником Мухаммеда по пустыне, не мог больше решиться вернуться в пустыню и принадлежал теперь к свите попрошаек пророка. И, наконец, пришел однажды маленький человек с хитрыми глазками в разорванном бурнусе с желтой кошечкой в руке — Абу Хораира, «отец маленькой кошечки». Он уселся на край скамьи без приветствий, без вопросов и начал читать суры Корана. А когда закончил, протянул руку и попросил: «Фиников для меня! Молока для моей кошечки!» Люди улыбнулись, дали ему все, чего он требовал, и приняли в свое братство «людей со скамьи».
Однажды вечером мимо проходил Мухаммед, держа в каждой руке поводья ослов, которых он пожелал сам сводить на водопой.
— Эй, Мухаммед! — крикнул один из рабов, — скажи, воздастся ли нам в раю за то добро, которое мы делаем для животных?
Мухаммед остановился. Возможно, он думал меньше о вопросе, заданном ему сейчас, чем о вопросе, волновавшем его каждый день: как должен он вести верующих, и прежде всего нежелающих работать, беспокойных духом, которые не хотели подчиняться принуждению.
— Если в раю за это воздается, то я хочу отвести этих ослов к колодцу! — добавил раб улыбаясь.
— Каждое живое существо, зверь или человек, голод и жажду которого вы утоляете, обеспечивает вам награду в раю, — сказал Мухаммед. — Выройте новый колодец, люди со скамьи! Каждый верблюд, который напьется из него, скажет о вас Богу!
Раб недоверчиво посмотрел на него, он не был уверен, что Мухаммед сказал это серьезно. Но тем не менее взял поводья обоих ослов и пошел с ними к колодцу.
Абу Хораира гладил свою кошечку по голове. То, что Мухаммед сказал о животных, понравилось ему. Абу Хораира никогда не позволял своей кошке голодать, он достаточно делал для нее, чтобы заслужить рай для себя. Поэтому мог больше не волноваться. Он растянулся на скамье, подложил руки под голову и заснул. Кошечка тесно прижалась к нему и сделала то же самое.
Бог раздает участи людям, инш'Аллах, как ему угодно, одним он дает богатство, других обрекает на бедность. Бедняк стремится все уравнять, если судьбе не хватает справедливости.
И разве справедливо то, что идолопоклонники безопасно живут в Мекке и готовятся снарядить зимний караван, который принесет им новые богатства, в то время как те, кто верит в Бога, страдают от насмешек, сидят в Ятрибе и становятся день ото дня все беднее?