Крайне добропорядочный хоббит (ЛП)
- Автор: thethirdstar
- Язык: русский
- Переводчик: "Lomi"
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Крайне добропорядочный хоббит (ЛП)». Краткое содержание книги:
Бильбо смотрел на склоненную голову Кили, на его дрожащие руки, которые он явно не знал, куда пристроить, потом осторожно повел холодными пальцами вверх по его предплечью, успокаивая дрожь.
— Фили тебя любит, Кили, — убежденно сказал он. — А когда любишь искренне и не рассуждая, иногда делаешь глупости. Потому что страшнее всего — даже того, что с кем-то близким может случиться несчастье — это собственная беспомощность. Невозможно оставаться в стороне и не попытаться помочь, даже если самому это грозит бедой.
Кили поднял голову и в упор посмотрел на Бильбо.
— Ты настоящий счастливчик. Тебе повезло испытать в жизни привязанность такой глубины и силы, какая есть между тобой и братом, — добавил Бильбо, надеясь немного подбодрить его. — Цени это, Кили. Лишь немногие знают, каково это — быть любимым так крепко и так горячо.
Кили перевел взгляд обратно на брата. На лице его блуждала грустная, но нежная улыбка.
— Наверное, ты прав, мистер Боггинс. Я счастливчик.
Бильбо украдкой вздохнул с облегчением. Кили явно воспрял духом, поэтому хоббит решил отодвинуться подальше, чтобы не переборщить с утешениями, но едва он двинулся, как Кили перехватил его за руку.
— Ты не мог бы… остаться еще ненадолго? Мне не по себе оставаться с Фили совсем одному, а с тобой как-то… спокойнее.
Бильбо согласно пожал его ладонь и улыбнулся.
— Я никуда и не собираюсь.
Кили криво усмехнулся и вновь попытался выжать досуха мокрые волосы Фили, неловко орудуя одной рукой. Другой он по-прежнему крепко держался за Бильбо.
— А Фили был прав, мистер Боггинс, ты куда умнее, чем кажешься на первый взгляд.
Бильбо рассмеялся, ткнув его в бок.
— Я знаю, ты не хотел меня обидеть, поэтому не буду делать вид, что оскорблен твоими словами.
По лицу Кили тоже промелькнула озорная улыбка, но он быстро посерьезнел.
— Нет, в самом деле, мистер Боггинс. Другие пока не воспринимают тебя всерьез, но Фили и я… В общем, мы очень рады, что ты решил остаться с нами. И не только потому, что спасаешь наши жизни! — торопливо добавил он, залившись румянцем. — Ты оказался нам лучшим другом, чем мы того заслуживали. И пусть мы нечасто говорили это тебе… но гораздо лучше, когда ты с нами.
Бильбо с усмешкой покачал головой.
— Боюсь, ты сам себя почему-то не воспринимаешь всерьез, Кили, и это я должен благодарить судьбу за таких друзей, как вы. Но все равно спасибо за эти слова. Весьма… любезно с твоей стороны.
Кили кивнул ему и замолчал. Некоторое время они сидели молча, глядя на Фили, который изредка вздрагивал во сне. Бильбо наконец-то согрелся, дюйм за дюймом придвигаясь ближе к Кили, так что вскоре почти навалился на него плечом. Повозившись, он укутался поплотнее в одеяло и стал клевать носом, тихонько напевая себе под нос мелодию, почти не отдавая себе в этом отчета.
— Что это за песня? — тихо спросил Кили, с любопытством поглядывая на него. — Я ее уже где-то слышал…
Бильбо, вынырнув из полудремы, с недоумением поднял глаза на гнома, который с самым сосредоточенным видом пытался вспомнить смутно знакомую мелодию.
— Ох, кажется, Бофур насвистывал ее пару раз, когда занимался ужином. Надо же, я даже не понял, что напевал ее…
Кили протянул радостно:
— Ааааа, теперь вспомнил! Моя мама пела ее, когда мы с Фили были детьми.
Бильбо нахмурился, пытаясь припомнить хоть какие-то слова из песни, слышанной от Бофура, но вспоминались только одни лишь его веселые окрики и замечания насчет ужина.
— Это колыбельная?
Кили закивал.
— Да. Если я правильно припоминаю, эта песня об одном гноме, который вызволил даму сердца из глубокой пропасти, спустив ей вниз свою длинную бороду, по которой она и выбралась наверх. Впрочем, слов я уже не помню.
Бильбо хихикнул.
— У вас, гномов, во всех колыбельных поются оды славным бородам?
Лицо Кили несколько вытянулось, но ответил он с достоинством:
— Это для нас… знак мужества и зрелости гномов и гномок, мистер Боггинс. Чем борода длиннее и пышнее, тем почетнее. А если нет никакой, то и воспринимать тебя будут как несмышленое дитя.
Вспомнив короткую, но неприятную стычку с Беорном нынче утром, Бильбо сообразил, что нечаянно вступил на весьма зыбкую почву, и поспешил уверить:
— Я… прости, я не хотел вновь ворошить минувшее.
Кили пожал плечами, но оставался весьма мрачен.
— Ладно, мистер Боггинс. Фили говорит, что я слишком близко к сердцу принимаю все эти разговоры насчет бороды, и, наверное, он все же прав… — Он запнулся на мгновение, а потом в раздражении фыркнул и затараторил: — Я уже давно взрослый гном, а не беспомощный младенец! Но никто в нашем отряде, кроме тебя и брата, не воспринимает меня всерьез! Я… я устал, оттого что все обращаются со мной как с ребенком! Даже Ори оказывают больше доверия, чем мне…
Бильбо успокаивающе похлопал его по руке, останавливая поток жалоб.
— Ты же знаешь, что это неправда, Кили. Торин и прочие гномы… уверен, они просто стараются защитить тебя, как только могут, и не хотят, чтобы ты пострадал.
Кили презрительно фыркнул, глядя на пламя костра.
— Я не нуждаюсь в защите! Я взрослый, даже если кое-кто этого не видит. Я вполне способен сам о себе позаботиться!
Бильбо помолчал немного, обдумывая, как бы половчее объяснить, что он сам видит в Кили и силу, и стойкость, и мужество.
— Я тебе рассказывал о моем отце, Банго Бэггинсе? — спросил он наконец.
Кили удивленно покосился на него и отрицательно помотал головой.
— Нет… Кажется, не рассказывал.
Бильбо улыбнулся, устроился поудобнее и заговорил:
— Мой отец, Банго Бэггинс, был достойным наследником рода Бэггинсов в Шире и считался крайне добропорядочным хоббитом. С ним никогда не случалось ничего нежданного или, упаси валар, авантюрного.
Кили захихикал.
— Я начинаю подозревать, что по меркам твоих сородичей ты не очень-то достойный хоббит, мистер Боггинс.
Бильбо весело подмигнул ему и продолжил свой рассказ.
— Нет. И наверное, моя репутация уже окончательно испорчена. А вот моего отца очень уважали в округе. Он женился на моей матери, несмотря на ее весьма странную для хоббитянки страсть к исследованию нового и разговорам с незнакомцами, а потом родился я. Моя мать говорила мне как-то, что отец с годами становился все подозрительнее, особенно ко всему пришлому и чуждому хоббитам. Он хотел уберечь свою жену и ребенка от бед и невзгод внешнего мира, поэтому не позволял нам покидать пределы Хоббитона, разве что без этого было никак не обойтись.
Кили нахмурился, пытаясь представить себе жизнь, ограниченную маленьким уютным мирком Шира.
— Моя мать пыталась уважать его желания, но я подрастал, и она знала, что туковская кровь во мне рано или поздно взыграет — и позовет на поиски приключений, иначе я зачахну, стены родного дома обернутся мне тюрьмой. А если моя мать принимала решение, ничто не могло отвернуть ее от задуманного. Отцу приходилось с этим считаться, но на этот раз он наотрез отказался отпустить меня одного бродить по полям и лугам Шира, хоть и знал, что они совершенно безопасны.
Кили презрительно фыркнул.
— Это ужасно, мистер Боггинс.
Бильбо только усмехнулся.
— Это еще не конец истории. Как бы там ни было, моя мать наконец убедила отца позволить мне порыбачить в ручье, протекавшем неподалеку от нашей норы, но только под его присмотром. К тому времени отец стал… хм, весьма грузным хоббитом, и рыбалка его не прельщала, тем более что рыбу можно было с легкостью купить на ярмарке. Поэтому и учиться плавать он не видел смысла и никогда даже не пытался. — Бильбо плотнее укутался в одеяло. — В общем, мы спустились к ручью, но отец позволил мне в воде только ноги помочить, а глубже заходить строжайше запретил. Мы никогда не обсуждали это с матерью, но отец всегда чрезмерно тревожился и беспокоился за меня. Короче говоря, все шло хорошо до тех пор, пока одна пичуга вдруг не спикировала на голову отцу. Он испугался, шарахнулся в сторону, подскользнулся на мокрой гальке и рухнул в ручей. Ручей был не особенно глубоким, но плавать-то отец не умел, поэтому тут же пошел ко дну.