Зелёный Горошек

Кроме того, что ещё более странно, я не помню, как именно была убита. Помню, что дралась в ўичером Пеларгонием на мечах, даже задела его пару раз, один из них поперёк всей груди резанула, но он оказался для меня слишком быстрым и, как это сказать, устойчивым к ранениям. В конце концов, он чиркнул меня по какой-то важной жиле, и я очень быстро истекла кровью. Но тут и есть странность – я не помню, по какой! А разве так может быть?! То ли по шее, то ли по бедру у паха? Не по обеим же сразу? Это он должен был меня пополам разрезать, но тогда я бы не помнила, как, замерзая, истекала кровью, я бы была убита мгновенно. И ещё вот чего не помню: то ли я только собиралась ткнуть в него припасённым скрытно кинжалом, но он, гад, нанеся смертельную рану, так и не подошёл поближе, то ли я его им ткнула ещё во время драки, прямо в живот, а ему хоть бы что?.. Какое-то очень неприятное раздвоение воспоминаний. Как будто я с ним два раза дралась, и оба раза до смерти. Своей. Чушь какая-то в голове.

Ладно, к делу, наконец! Поставим задачу не так, что нужен путь, чтобы спастись. Ибо без посторонней помощи, которой неоткуда взяться… ведь неоткуда, верно?.. это видится невозможным абсолютно. Для начала хорошо бы придумать, как отдалить как можно больше неприятный момент попадания в огонь, ибо что-то мне подсказывает, что это и будет окончательный конец.

Недаром тут так жутко мрачно. Жутко величественного масштаба всё, потому что такое огромное, просто безграничное море огня, особенно обозревая его с огромной высоты, сама по себе высота полёта над ним, огромное количество грешников… Но упоения у бездны мрачной на краю не чувствуется. Если бы я смотрела на всё это со стороны, может быть, а так – нет. Чувствуется, наоборот, запредельный ужас. Может, это только я так слаба духом, но ощущается этот ужас как разлитая в воздухе субстанция, неизбывно присущая этому месту. Как будто от щедрой примеси ужаса-то и воздух тут такой плотный. А упоение в бою, боюсь, вообще придумали ярмарочные сказители, которые сами-то не знают, с какого конца взяться за меч. С той же достоверностью и ощущения в бою и на краю бездны описывают.

Огонь в огненном море ведёт себя не так, как вода в обычном. Его стихия более лёгкая, или менее плотная, чем у воды, и создаёт не такую, как у воды, чёткую границу, только слегка колеблемую ветром, которую легко принять за занавес, отделяющий подводный мир от надводного, каковой занавес иногда раздёргивается, чтобы пропустить из-под воды какое-нибудь склизкое чудовище величиной с корабль, со щупальцами, длинными и толстыми, как мачты, сплошь усеянными присосками с тарелку величиной и крючьями, как кинжалы. Или, наоборот, чтобы пропустить туда, под воду, корабль, тонущий со всей командой и пассажирами, потому что ему борт проломило означенное чудовище. Из-за плотности этой завесы кажется, что мир подводный и мир надводный не очень-то и отличаются между собой, и их обитатели могут как-то приспособиться к другому миру и выжить в нём. Русалка с помощью ведьмы сменяет хвост на ноги и выйдет замуж за человеческого принца, а ловкий купец как-то выживет под водой, обыграет подводного царя в шахматы и будет отпущен на сушу.