Зелёный Горошек

О! Да вот же они, руки, если приглядеться, их всё-таки видно, как будто они сделаны из самого лучшего стекла, какое только может быть, а скорее, какого и не бывает в мире живых. Потому что я явно в царстве мёртвых, ну, или в прихожей, и очень скоро там буду. А что оно не совсем похоже на то, как про него люди думают, так это не удивительно. Никто ведь не возвращался, чтобы подтвердить истинность того или иного описания загробного царства. Вот никто и не знает, что люди превращаются там в костлявых медуз на летающих досках.

Необычно не только то, что стекло, в которое превратились руки, живое и гибкое, но и как стекло оно что-то… а, поняла, оно не отблёскивает. Ничего не отражает, а ведь обычно стекло работает как зеркало, хотя бы немного. Впрочем, подумавши, оно и должно так быть. Тут практически нечему отражаться. Красный свет идёт от огненного моря внизу, а я, и особенно прижатые к доске руки, в тени этой самой доски, и тут темновато. Может, если наклониться вбок и высунуться из тени, в руках отразится моё осветившееся огнём лицо, но что-то меня предостерегает от такой неосторожности. Наверное, жёсткие порывы горячего воздуха, хлещущие меня по лицу даже и когда я никуда не высовываюсь.

Воздух во всём пространстве вокруг дрожит, как над костром, и это дрожание обозначает основные его, воздуха, потоки. Так вот, кроме воздуха, набегающего спереди, свидетельствующего о такой скорости полёта, какой ни одна лодка не достигала под парусом или на вёслах… разве что – несомая стремительной горной рекой к гибели в очередном пороге или водопаде?.. ещё и вертикальные потоки вырываются из-под доски и, окружая меня прозрачными стенками, этот воздух уносится назад и вверх, как будто доска не просто несётся вперёд, но и с неприятной поспешностью спускается, как падающий с уже зимнего дерева тяжёлый обледеневший листок, не крутясь и не порхая, а равномерно и неуклонно. Ха, ну и сравнение, обледеневший листок в этой жаре. Правда, кажется почему-то, что море огня не приближается, но ведь это может быть именно только так кажется, оттого, что оно очень далеко… то есть я пока очень высоко… но, увы, на особо долгую жизнь в таких условиях рассчитывать не приходится. Если это можно назвать жизнью. Но, хороша такая жизнь или плоха, в огонь всё-таки не хочется. Даже при том, что альтернативой будет смерть от жажды и теплового удара. Надеюсь, от теплового удара раньше, говорят, смерть от жажды чуть ли не самая неприятная, какая только бывает…