Давай перевернём Вселенную (СИ)
- Автор: Колотилина Октавия
- Язык: русский
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Давай перевернём Вселенную (СИ)». Краткое содержание книги:
– Это Повелители Времени? – спросил Тиралик.
Бронзового оттенка скафандр впереди – такой же, как у него, – остановился, повёл перчаткой. В шлеме включился голос Доктора:
– Да, фракция Патрекс любила водружать такие композиции, обыгрывать временной ландшафт. Неизмеримый Разлом здесь проходит всего четыре минуты за всё существование Вселенной, и они уже близки. Аника, дальше не ходи, сгоришь.
Махина экзоскелета слева замерла.
– Удачи, – надтреснуто сказала девочка, словно только плакала… Хотя она же не может плакать, слёзных желёз нет, в раннем детстве заменены форсунками. – Грейн за вас молится.
Живая башня из проводов и металлических костей осталась позади.
О-о, Аника старалась – столько упражнений, выворачивающих мозг, методов расширения сознания, техник медитации и прочей ерунды ни один иллиноец ещё не пробовал на своей шкуре. Вообще ни одно более-менее разумное существо. После всех её издевательств обращение к великой и неукротимой силе, способной выжечь разум вместе с черепом, казалось забавным аттракционом.
Ура, никаких больше по утрам «запомни двести карточек одновременно».
Пошли его последние минуты. Смертному не вынести и мига между жерновами Вортекса. Только кто смог бы продолжать жить, зная, что не сделал всего для возвращения родного города? Что пусть ничтожная возможность, но была, – а ты упустил её?
Вспомнился давешний сон про осьминожку, дежурная улыбка Кавираси. Умелец он был, конечно, и морепродукты подавал только свежие.
Вот если осьминог большой, его берут за мягкую голову и опускают на горячую решётку, несколько человек встают кругом и держат палочками. Щупальца извиваются, но их растягивают и прижимают к прутьям, чтобы лучше поджарились, а осьминог лежит и терпит – что ему ещё остаётся? Только глаза всё грустнее и грустнее смеживает. Свободными конечностями бьёт по жаровне, ищет избавления, тянется прочь. Повара подмечают его неумелые попытки сбежать и весело хохочут в предвкушении вкусного ужина…
Доктор отпрянул, сквозь прозрачный шлем была видна гримаса отвращения. Выдал возмущённо:
– Тиралик! Ты только что отбил мне всякое желание спасать твою расу. Впрочем, корейцы на Земле ещё и не такое вытворяют.
– А… Я предполагал, через скафандр мыслей не слышно… Извините.
Пошли дальше. Он пытался больше не думать об осьминогах, пляшущих на решётке, устрицах, которые пищат, когда их поливают лимонным соком и трепангах, безнадёжно ползающих по тарелке. Не думать, это же просто…
Или не совсем.
Залюбовавшись выверенными пропорциями фигур Повелителей Времени, их надменными чертами, Тиралик запнулся о каменюгу, подлетел вверх на четыре локтя – гравитация тут была заметно ниже нормальной. Потому пропустил момент, когда из груди каждой статуи поднялся перламутровый луч, перекинулся дугой к центру, и переливающиеся полосы образовали подобие купола.
Красивая сковородка.
Доктор резко остановился, бросил:
– Мы ещё можем всё отменить.
– Нет-нет, – поспешно ответил Тиралик. – Простите за шутку, мне слегка не по себе.
– «Слегка!» Мне вот очень сильно не по себе. Люди с Земли подвергались воздействию Вортекса, и последствия были самыми разными: кого убивало на месте, кто полностью сходил с ума. Двое приобрело телепатические способности. Один раз человека удалось превратить в Повелителя Времени, но процесс проводили четверо опытных сотрудников АНВ, а с иллинойцами, как ты понимаешь, ещё никогда такого не делали.
– Значит, шансов у меня нет.
– Есть. Один из миллиона. Откинем миллион и сосредоточимся на одном.
Тиралик спросил недоверчиво:
– Вы варьируете реальность, притягивая нужное событие, или надеетесь на чудо?
– И то, и то.
Хорошо, что под скафандром не видно, как дрожат колени. Захотелось сбежать, побыстрее и подальше. Только бежать некуда, и потом всё равно придётся вернуться сюда: как по-другому исполнить план преобразования Вселенной? Природная вежливость не позволяла Тиралику высказать всё, что он думает об этом плане, однако невольно приходили на ум непереводимые диалоги Антоныча.
Подойдя к статуям, Доктор отметил:
– Нам в середину круга. Старовато у меня тело для подобных штук, но без ментальной поддержки тебе никак.
Шаг под «купол»… Ещё шаг… Ничего особенного! Полосы наверху ходят перламутровыми радугами, а так – те же валуны, тот же песок.
– Скоро будет, уже поднимаются Ветра Времени. – Доктор опустил глаза, пнул камешек. – Да… Ты тогда, на Терре-пять-семь, не поддался уговорам Мисcи и не стал в нас с Аникой стрелять, вместо того вернул ТАРДИС. Спасибо.
Он облегчённо вздохнул, перевёл взгляд на скульптуры. Пояснил:
– Всё забывал сказать, знаешь ли.
Смущённо улыбнувшись, Тиралик спросил:
– А почему сказали сейчас? Боитесь, что потом будет некому?
– Да. Или не поймёшь слов.
К горлу снова подступил страх.
– Если я потеряю разум… Обещаете пристрелить, а не держать для забавы, не сдать в какой-нибудь Дом Сострадания?
– Хватит! – оборвал Доктор. – Давай настраивайся на благоприятный исход, иначе ничего не выйдет. И убери затемнение шлема, нам нужен зрительный контакт.
Тиралик подчинился, подкрутил колёсико возле шеи. Напротив за прозрачной сферой виднелись колечки пепельных волос, под сведёнными к переносице седыми бровями серые, тревожные глаза спрашивали беззвучно:
«Какова твоя цель?»
– Измениться, увеличить возможности своего разума.
«Думай о ней сразу на всех уровнях».
Постараться выпрямить нити мышления, превратить скрюченные, дрожащие мысли в стройные колонны. Поймать в поле зрения сразу шесть фигур и смотреть в лицо каждому.
Она ударила сверху, изнутри, со всех сторон – дрожь, неистовая сила, и каждая клеточка завибрировала в унисон. Валуны кругом охватило синее пламя, как и статуи – каменная оболочка текла песком, под ней оказались механизмы, которые тоже превращались в чёрную пыль.
Словно стволы деревьев, мысли тянулись вверх, когда с неба обрушились тысячи ножей, заживо расщепляя каждый ствол на тонкие лучины.
Свет. Жар. Лезвия. Всё, что было Тираликом, стало болью. Он кричал, но не слышал свой крик.
Краски неба и земли завертелись водоворотом, схватили за горло розовыми и красными полосами, потащили вглубь, в такую черноту, что хуже смерти. Тиралик падал, а чьи-то пальцы держали за шкирку, и он растягивался, рассыпался на волокна, на мелкие осколки, они трепетали и бились. Кругом бушевал вихрь, сматывая их в красный клубок.
«Дыши, дыши, дыши!» – требовал кто-то рядом.
Но боль не могла дышать.
Вспышка… И тьма.
========== Глава 15. ==========
По ряби Строгинского затона скользили яхты. Белые, чёрные, синие паруса степенно фланировали вдоль берегов, которые курчавились ивами. За зелёными кудряшками торчали боярские шапки высоток, теснились небоскрёбы Москва-Сити, а здесь радовал душу простор.
Возле пляжа ныряли утки пополам с начинающими фридайверами. У прибойной полосы стоял босиком суровый инструктор и подбадривал свистом подопечных; утки в ответ крякали.
Широкие плечи парня и узкие, мускулистые бёдра, обтянутые гидрокостюмом, выделялись на фоне жёлтого пляжа. Русый бобрик встрёпан из-за резиновой шапочки, лоб высокий, умный.
Инга скинула туфли и погрузила стопы в прохладный песок. Ветер перебирал длинные косы ив, дразнил запахом шашлыка.
Инструктор обернулся – и словно расцвёл, небритое лицо преобразила застенчивая, мальчишеская улыбка. Любит Алексей её, любит, что бы ни говорил! Как подбежала, чмокнул в щёку – в губы не получается из-за дурацкого Запрета.