Лаванда, корица и беглые кошки (СИ)
- Автор: Полуночная Мария Koda Aleru
- Язык: русский
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Лаванда, корица и беглые кошки (СИ)». Краткое содержание книги:
— Это так, — важно кивает старшая, потому что это её так же захватывает, как и всё остальное, что связано с Мина. — А что, кстати, с Чонгуком? — Ёрин спрашивает без любой задней мысли, она, если честно, вообще каждый раз интересуется скользкой темой, от которой Мина извилисто уползает, сводя разговор на нет, либо же просто и так привычно подвисая.
В этот раз лучше бы подвисла, честное слово.
— У него родинка, — вдруг так беспомощно жалуется ведьмочка, что наступает очередь ловить связь с космосом у старшей сестры. Конечно, ей приходится это совмещать с попытками прокашляться и избавиться от назревающих шоколадных пятен, потому что онни от удивления умудрилась подавиться кофе, схватиться за скатерть, рвануть её на себя (странные у нее, конечно, рефлексы…), и как следствие, всё перевернулось и вылилось прямо на нее. Мина же лишь напротив сидит с еле уловимым нежным румянцем на скулах, и ей так хорошо с этими короткими волнами волос, что Ёрин даже на мгновение смысл вопроса забывает.
— Прости. Э. Что? — девушка глубоко вздыхает и тщетно пытается успокоить разум, буквально вопящий что-то в духе «Опасность! Опасность! Интерес к парню обнаружен!». Она поспешно пытается исправить своё нечлераздельное мычание и превратить его в логичный и цельно сформулированный вопрос. — То есть… Я хотела сказать… Да что за родинка, короче?
Младшая вдруг надрывно вздыхает, неловко перебирает пальцами с тщательно выкрашенными в чёрный ногтями по столешнице (в этот раз их красил Намджун, нервно потея и стараясь изо всех сил, но три ногтя он потом всё равно переделывал), а потом вдруг поднимает грустный и такой растерянный взгляд, что у Ёрин буквально отнимает дар речи.
Последущая фраза выбивает у нее остатки мозга, но чёрт побери, услышать её того стоило.
— Под губой. Красивая. И я хочу к ней прикоснуться.
***
Когда за младшей сестренкой закрывается дверь, Ёрин еще высматривает некоторое время в окно, провожая взглядом обманчиво хрупкую фигуру до ближайшего поворота, а после нервно выдыхает и идет курить, пытаясь уложить в голове всё услышанное за последние пару десятков минут, когда младшая сестра хоть и неловко, но вполне сосредоточено выкладывала свои размышления перед ней на стол.
А как же курить, не поболтав с Юнги?
— Ты сегодня очень занят?
На заднем плане шум, смех Чонгука (девушка скалится в ухмылке, понимая, что неосознанно начала считать пацана чуть ли не младшим братом, теперь бы ему еще об этом намекнуть), Намджун испугано вопит «Только не матушкина ваза!», но всё равно слышен ужасный грохот, а сам Мин Шуга немного сопит, размышляя, и лишь спустя какое-то время отвечает:
— В принципе, могу свои планы немного сдвинуть, собирался в студии зависнуть. Не парься, — предугадывает вполне закономерный вопрос, — ты меня не отвлекаешь, наоборот, хён собирался меня напоить снотворным и уложить спать.
«И уложу!», — слышно громкое Сокджиново, и Ёрин немного умиленно — всё равно никто не видит! — улыбается. Мина была права: их семерка — одно целое.
— Так что я могу сегодня отдохнуть, — наконец разрешает себе устало признаться Юнги, и тут же встревожено интересуется. — Что-то случилось? Я тебе нужен?
— Нужен, — честно признается Ёрин, проказливо скалясь своему отражению в зеркале и одобрительно поднимая большой палец. — У тебя есть родинки?
— Ну… да, — осторожно отвечает, — а что?
— Да ничего, — девушка уже откровенно предвкушающее улыбается. — Я собираюсь их всех хорошенько подсчитать.
Юнги на том конце Сеула полузадушено материться и отключается…
…и добирается до её квартиры в рекордное время.
— Моя онни — извращенка, — говорит утром Мина, когда Юнги вваливается в квартиру с шальными глазами, до невозможности счастливый и к удивлению большинства — смущенный. А еще после фразы ведьмочки, видимо, и пристыженный. — Я ей одно слово сказала…
— Помолчи, ребёнок, — обреченно пытается возмутиться, хотя в атмосфере добродушного хихиканья это не очень и получается. — Тебе вообще рано о таком думать…
— Мне двадцать, — убийственно серьезно отвечает Мина, а потом изгибает бровь — так проказливо, что парни уже ждут подвоха. — Мне уже и не только думать, но и воплощать в жизнь можно.
Где-то на фоне почти ловит паническую атаку Чонгук, потому что ну нельзя быть вот такой сияющей!
А еще всю дорогу в универ он то и дело косится на подругу, вспоминает её слова и неумолимо краснеет.
Потому что да, он так много своих мыслей хотел бы воплотить в жизнь…
***
Мина отпирает своим ключом дверь, шипя от боли, и сразу же прислушивается. Свет выключен, из комнат не льется блеклой тенью по полу, лишь из кухни вкусно пахнет недавно заваренным раменом, от гостиной что-то блымает, и голоса там еле слышны. Но ведьмочка настолько измучена, что её хватает лишь тихо позвать:
— Чонгук спит?
— Э, — Намджун отзывается сразу же, и сквозь шум в ушах Мина слышит его намеренное тихие, чтобы никого не разбудить шаги. — Уже пару часов как, он сегодня ужасно на тренировке устал. Впрочем, как и мы все, но еще надо пару моментов обсудить, а почему ты спра…
Он спотыкается на слове, как только луч света из гостиной падает на Мина.
— Твою же мать, — выдыхает шокировано, и Сонг принимается быстро частить, чувствуя, что и сознание, и последние крохи ума от нее ускользают.
— Мне очень нужна твоя помощь, умоляю, только не говори Гукки. Я сначала собиралась к сестре пойти, но у нее Юнги ночует, а ему не надо этого видеть, никому не надо, поэтому пожалуйста, просто пожалуйста, помоги мне всё это спрятать и скрыть.
Намджун застывает на месте, так и не прикоснувшись к девушке, вместо этого он, придя в себя, подставляет ей локоть, за который Мина благодарно хватается, перенося почти весь вес своего тела на лидера. Она облегчённо выдыхает, когда парень доводит её к стулу, но после спохватывается и запоздало интересуется:
— А с кем ты в гостиной разговаривал?
— Ну, я сегодня всё же ночую дома, — выглядывает из-за двери Юнги, но на глазах сереет, когда Мина полностью оказывается на свете. — Девочка, что…
— Я подралась, — упрямо твердит Мина, но парни лишь переглядываются с откровенным скептицизмом во взглядах, и после Намджун недоверчиво спрашивает:
— Их что, была банда?
Вот только Мина отвечает убийственно серьезно.
— Четыре точно.
У нее разодран рукав рубашки, темнеет синяк на скуле и засохшая кровь на подбородке: губа по центру разбита, в уголке ссадина, джинсы на коленях не то продраны, не то разрезаны, да и сами колени кровоточат.
Под немного перепуганными взглядами парней Мина, опершись о стену рукой, начинает подниматься.
— Я лучше, наверно, пойду. Честное слово, Юнги, я не хотела…
— Попасть на меня? — тот вдруг зло хмыкает, начиная сердиться. — Чтобы я увидел? А в предыдущий раз, когда я ночевал у Ёрин, ты тоже была ранена, или что?
Мина молча тупит взгляд в пол, пытаясь тщетно ухватиться за его голос, как за якорь, и не соскользнуть в забытье в ту же секунду. Однако её хватает только на то, чтобы виновато кивнуть, а после мир меркнет.
Просыпается она уже с обработанными ранами и на диване, да и в чистой одежде. К её большому восторгу, за окном ещё темно — значит, Чонгук ещё спит и этого всего не видел. Однако радость кратковременна, потому что приходит четверка старших и требует:
— Выкладывай. Всё. От начала и до конца.
— И тогда, возможно, мы ничего не скажем Чонгуку, — припечатывает сверху Юнги.
***
— Я сначала думала — эти ваши странные фанаты, которые больны на голову…
— Сасены, — согласно кивает Юнги, кривясь, и остальные мрачно кивают. — Мы имели несчастье быть знакомыми с несколькими.
— Ну вот. Сначала был парень с фотоаппаратом, потом — еще две девушки с камерами по пятам ходили, поэтому я попросила вашего менеджера забирать Чонгукки с пар домой. В общем и целом, это никак не выбивалось из привычной схемы.