Смерть в Миракл Крик [litres][Miracle Creek]
- Автор: Ким Энджи
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- ISBN: 978-5-17-127481-8
- Переводчик: Анна Игоревна Фёдорова
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Смерть в Миракл Крик [litres][Miracle Creek]». Краткое содержание книги:
С каждой новой главой и новым героем мы видим историю с новой, неожиданной стороны. Может ли так случиться, что в страшной трагедии виноваты все, и никто одновременно?
– Генри мертв, – сказала наконец Тереза. – Мне очень жаль. Не могу передать…
Элизабет зажмурилась и подняла руку, словно хотела что-то сказать. Стоп. Она слегка раскачивалась, взад-вперед, как рубашка на веревке от летнего ветерка, и когда Тереза наклонилась, чтобы остановить движение, она открыла рот в беззвучном вопле. Отбросила голову назад, и Тереза осознала: Элизабет смеется. Громко, высоким, маниакальным хохотом, словно повторяя мантру: Он мертв, он мертв, он мертв!
Тереза слушала показания детектива Пирсона об остатке той ночи. Элизабет с легким спокойствием оглядела сцену происшествия. Он подвел ее к носилкам Генри и не успел остановить, как она уже откинула белую простынь с лица. Она не закричала, не заплакала, не вцепилась в тело, как другие родители от горя, и он объяснил это себе оцепенением, потрясением, но все же было жутковато.
Все время, что он перечислял эти факты, которые уже были ей известны, она и сама все это наблюдала, Тереза смотрела вниз, разглаживая морщинки на руках, и вспоминала крик Элизабет: «Он мертв!» Тот хохот подсказывал ей, что Элизабет не убивала сына, а если и убила, то не намеренно, это не убийство. В восемь лет Тереза провалилась под лед на пруду. Вода была настолько холодной, что обжигала. Таким же звучал хохот Элизабет, словно ей настолько больно, что она уже не в состоянии плакать, и сразу перешла на следующую ступень: пронизанный горем хохот, выражавший боль сильнее, чем могут передать крик или слезы. Но как это объяснить, как рассказать, что это не был смех? Хватит того, что она пила и курила – неподобающее поведение для матери. Смех, когда тебе сообщают о смерти сына, выставит ее по меньшей мере ненормальной, а в худшем случае психопаткой. Поэтому она молчала.
Эйб положил что-то на подставку. Исписанный листок, вырванный из блокнота. В основном списки дел: номера телефонов, ссылки, списки покупок. Пять предложений в разных частях листка были выделены желтым: «Я так больше не могу»; «Верните мне мою жизнь»; «Все закончится СЕГОДНЯ!!!»; «Генри = жертва? Как?» и «БОЛЬШЕ НИКАКОГО ГБО», последняя фраза обведена в кружочек раз двенадцать, так маленький ребенок рисует смерч. Неровные линии тянулись поперек листка: его порвали, а потом склеили заново, как пазл.
– Детектив Пирсон, расскажите нам, что это такое, – попросил Эйб.
– Это увеличенная копия записки, найденной на кухне подсудимой, с выделенными строками. Ее порвали на девять частей и выбросили в мусорное ведро. Анализ почерка подтвердил, что ее написала подсудимая.
– Получается, подсудимая написала, порвала и выбросила эту записку. Почему это важно для нас?
– Здесь явно какой-то план. Подсудимая устала заботиться о своем особенном ребенке. Она планировала все «закончить» тем вечером, – он изобразил в воздухе кавычки. – «Больше никакого ГБО», написала она. Сравнив ссылки и номера телефонов с историей браузера и телефонных звонков подсудимой, мы определили, что она написала все это в день взрыва. Несколько часов спустя система ГБО взрывается и убивает ее сына. А она в этот момент празднует с вином и сигаретой, что можно истолковать как величайший символ свободы от родительских обязанностей, – Пирсон поморщился, глядя на Элизабет, словно откусил кусок от испорченной еды, а Тереза подумала, не так же он бы смотрел на нее, если бы видел, как вчера вечером она пряталась в машине, выцарапывая еще несколько минут свободы от собственного ребенка-инвалида.
– Подсудимая могла иметь в виду, что она устала и планирует закончить курс ГБО. Это возможно, детектив?
– Она в тот день рассылала письма, отменяющие все остальные занятия Генри: развитие речи, ортопед, ЛФК, социальная адаптация – все, кроме ГБО. Почему было не отменить заодно и ГБО, если фраза «Больше никакого ГБО» означала лишь, что она хочет бросить терапию? Разве только она знала, что в этом нет нужды, поскольку все и так будет уничтожено, – рассудил Пирсон, покачав при этом головой.
– Хмм, весьма любопытно, – сказал Эйб с видом «я тут что-то не понимаю».
– Да, интересное совпадение, что подсудимая решает прекратить терапию ГБО в тот самый день, когда камера взрывается и все написанное сбывается, и, как удобно, Генри больше не нужны все те занятия, которые она только что отменила.
– Совпадения случаются, – сказал Эйб, оживившись, явно включаясь в игру в хорошего и злого полицейского перед жюри.
– Верно, но если она решила закончить, зачем вообще ехать на очередной сеанс? Зачем так далеко ехать, а потом врать, что приболела? И это после того, как она полдня изучала пожары в камерах ГБО, как показал наш экспертно-криминалистический анализ ее компьютера?