Смерть в Миракл Крик [litres][Miracle Creek]

Пак потянулся у меня над головой поправить рамку и в очередной раз прочитал: «Пак Ю, ООО “Субмарина Чудес”, лицензия на осуществление ГБО». Не отрывая глаз от диплома, словно обращаясь к нему, а не ко мне, он сказал:

– Все уже готово. Пациенты в камерах, кислород пущен. Просто посиди здесь.

Потом он наконец перевел взгляд на меня и добавил, что делать ничего не надо.

Я бросила взгляд на пульт управления, на непонятные кнопки и рычажки, управлявшие барокамерой, которую мы всего месяц назад покрасили в нежно-голубой цвет и установили в этом ангаре.

– А если пациенты позовут? Я, конечно, скажу, что ты скоро вернешься, но…

– Ни в коем случае, они не должны узнать, что я отходил. Если кто спросит, я на месте. Я все время здесь.

– А если что-то пойдет не так…

– Ну что может пойти не так? – с уверенностью произнес Пак. – Я вернусь быстро, они не позовут. Ничего не случится.

И он пошел, тем самым ставя точку в нашем споре. С порога он оглянулся на меня и уже мягче, будто умоляя, повторил:

– Ничего не случится.

Как только дверь ангара захлопнулась, мне захотелось крикнуть ему вслед, что только сумасшедший может быть так уверен, что все будет хорошо, ведь сегодня все идет наперекосяк: демонстранты, их план, перебои с электричеством, полиция. Или он считал, раз столько всего произошло, то хуже уже некуда? Но в жизни все устроено иначе. Одна трагедия не дает иммунитета к последующим трагедиям, несчастья не выдаются в строгой дозировке. Все плохое вываливают на вас комьями и потоками, с которыми невозможно справиться. Как он мог этого не понимать после всего, что мы пережили?

Первые двенадцать минут я сидела молча и ничего не делала, как он и велел. У меня по лицу градом катился пот, я думала о том, каково же тем шестерым пациентам, запертым внутри камеры без кондиционера (генератора хватало на системы давления, подачи кислорода и внутренней связи. Я благодарила Бога за то, что у нас есть переносной DVD-плеер и дети сидят спокойно, поскольку могут смотреть мультик. Я все время напоминала сама себе, что мужу надо доверять, и ждала, поглядывая то на часы, то на дверь, то опять на часы, молясь, чтобы он вернулся прежде, чем закончится мультик «Барни и друзья» и пациенты попросят поставить им следующий. В тот момент, когда из-за двери донеслись буквально первые звуки финальной песни, у меня неожиданно встрепенулся телефон. Звонил Пак.

– Они здесь, – прошептал он. – Я останусь тут, присмотрю, чтобы они ничего не натворили. Тебе нужно будет выключить кислород, когда закончится процедура. Видишь ручку?

– Да, но…

– Повернешь ее против часовой стрелки, до упора. Поставь себе будильник, чтобы не забыть. В восемь двадцать по большим часам, – строго уточнил он и незамедлительно окончил разговор.