Даркут. Великий перелом

– Милая, твои глаза лишили меня покоя. Подари один поцелуй, иначе…

Незнакомка посмотрела на салисэра, и он умолк. Пошел к Амраку и лег рядом на землю.

Костер догорал. Девушка неподвижно сидела у огня. Когда Шашу захрапел, встала и ушла в темноту. Украшения тихонько звякнули.

Амрак приподнял голову и посмотрел ей вслед. Затем тоже поднялся с ложа. Притащил охапку веток, заготовленных для костра. Постелил на свое место, сверху постелил покрывало. Как будто лежит человек. Достал из мешка арбалет. Потряс Шашу за плечо. Салисэр не просыпался. Его голова безвольно болталась. Амрак пробормотал ругательство. Прицепил арбалет к поясу, взвалил салисэра на спину, потащил в кусты. Бросил за бугорком и лег рядом. Шашу улыбался и шептал:

– Милая, всего один поцелуй, больше не надо.

В темноте послышались позвякивания. Амрак вложил болт в арбалет.

– Бери, что хочешь, – громко сказал Шашу.

Амрак поморщился и ударил салисэра рукоятью арбалета по голове. Шашу потерял сознание.

К костру вышли три девушки. Одна знакомая, а две других – нет. Такие же красивые и молчаливые, их лица белели в сумраке. Одеты одинаково, в халаты с украшениями. Много длинных кос, вот только вторая девушка с темно-коричневыми волосами, а третья – с рыжими.

Рыжая подошла к туше джейрана, а две других – к лежанке Амрака. Занесли руки над мнимым человеком. В свете огня мелькнули желтые длинные когти. Опустили на покрывало. Покрывало порвалось, хрустнули ветки.

Амрак выстрелил из арбалета. Короткий свист – и болт вонзился девушке с темно-коричневыми волосами в голову. Она молча упала в сторону и не шевелилась. Косы попали в огонь и загорелись.

Первая незнакомка с черными волосами огляделась. Ее рыжая подруга ела мясо джейрана и забыла обо всем на свете.

Амрак с лязгом вложил в арбалет новый болт. Девушка услышала звук, выпрямилась и пошла к укрытию людей. Она почти добралась до бугра, когда Амрак выстрелил снова.

Болт вошел девушке в грудь. Она упала лицом вверх, разметав руки в стороны. Шашу застонал и пошевелился.

Амрак прокрался к лежанке, достал из мешка кускаму, складную боевую косу. Затем, глядя в костер, сложил руки в знак Инкэ и прошептал заклинание. Он просил богов сделать его невидимым. Рыжая девушка стояла к нему спиной и довольно урчала, жуя сырое мясо.

Он бесшумно подошел к увлеченной трапезой красавице. Коротко замахнулся и ударил кускамой. Рыжие косы взметнулись в воздухе. Голова девушки с легким стуком упала на землю, покатилась и запуталась в косах. Безглавое тело повалилось вперед и залило кровью тушу джейрана. В руке остался кусок мяса.

Затрещали кусты, из-за бугорка поднялся Шашу. Он держался за голову в месте удара и вяло спросил:

– Где моя милая?

Амрак наклонился и по очереди осмотрел девушек.

– А эти откуда взялись? – Шашу приблизился к костру, от которого остались угольки. – Ты что, сакханский бахман? Что за гарем устроил?

– Это жезтырнаки, – ответил Амрак и поднял руку черноволосой девушки. Вместо ногтей золотистые когти, длиной не меньше самих пальцев. – Слышал о таких?