Даркут. Великий перелом

Датун чуть двинул пятками и его гаур, повинуясь команде, чуть скакнул вперед. Датун парировал удар второго воина, выкинул вперед другую руку с зажатой калингой. Воин захрипел и навалился на гриву гаура с калингой в горле.

Командир бори поскакал к лесу. Промчался меж деревьев, спугнул варраха, выбрался к болоту. Халади держал наготове.

Подъехал к болоту и вскоре нашел младенца. Тот продолжал лежать у гнилой воды. Комары облепили личико.

На небе темнели тучи. Надвигалась гроза.

Датун слез с гаура, пошел к младенцу. От боли в глазнице раскалывалась голова. Он огляделся по сторонам, чтобы не остаться без второго глаза. Ворон исчез.

– Где же твои покровители, ублюдок? – спросил Датун. – Разбежались?

Слева зарычал зверь. Чтобы разглядеть его получше, бори повернулся всем телом. Непроизвольно поднял халади. Гаур заревел и отбежал в сторону.

Неподалеку стояла волчица. Шерсть зверя отливала синевой. В холке она была выше гаура, а ее морда находилась на уровне головы стоящего человека. Ее челюсти с легкостью разгрызли бы рог зуброна. Сосцы набухли от молока. Чуть выше на ветке березы сидел ворон и чистил перья на крыле.

Заслышав рычание, младенец заплакал. Впервые после рождения.

Волчица опустила голову, подбежала к младенцу, обнюхала. Комары взлетели в воздух. Волчица коснулась младенца лапой, подвинула к себе под брюхо. Ребенок умолк, пожевал губами и принялся сосать молоко волчицы. Она посмотрела на Датуна и зарычала.

Халади выпал из рук Датуна. Он смотрел, как ребенок лежит под волчицей, а затем, как подкошенный, рухнул на колени.

Ударил окровавленным лицом в землю и сказал:

– Великий Тэйанг, прости меня, ослепленного глупостью. Поистине, ты по заслугам забрал у меня один глаз, потому что я был слеп и обуян гордыней. Я не ведаю твоих замыслов в отношении этого младенца, но прошу, наставь меня на путь истинный.

Волчица перестала рычать. Ворон каркнул с дерева.

Датун, не переставая кланяться, пополз к ребенку, но волчица снова зарычала. Ворон каркнул два раза.

Датун поднял голову.

Волчица развернулась, осторожно схватила младенца в пасть и понесла вдоль воды.

Далеко за лесом затрубил боевой рог. Бори ждали командира. Ворон еще раз каркнул.

Датун посмотрел, как волчица исчезает в зарослях. Затем перевел взгляд на ворона и прошептал:

– Я понял, великий Тэйанг. Я все понял. Я ухожу. Я буду навещать младенца и следить за его здоровьем. А сейчас я пойду. Я никому не скажу…

Он встал, подобрал халади и запрыгнул на гаура. Поскакал обратно к войску.

Ворон полетел за волчицей. Он видел, как она отнесла ребенка в нору. В глубине пищали четверо новорожденных волчат. Ребенок еще раз напился молока волчицы, когда она улеглась в норе, и спокойно уснул. Волчата лизали его окровавленные лицо и ручки.

Ворон полетел над болотом. Перья еще выше топорщились на голове, потому что надвигалась буря.