Смерть Цезаря. Хроника самого громкого убийства в древней истории
- Автор: Штраус Барри
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Олимп-Бизнес
- ISBN: 978-5-9693-0455-0
- Переводчик: Наталья Фаликова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Смерть Цезаря. Хроника самого громкого убийства в древней истории». Краткое содержание книги:
Чем были вызваны трагические события мартовских ид? Убийцы Цезаря хотели подарить Риму демократию, а диктатор надеялся передать полномочия своей семье, особенно Октавиану — будущему императору Августу. Но после расправы всё пошло не по плану — и совсем не так, как сообщал Шекспир.
Обо всем, чему может научить современного бизнесмена история частично удавшегося заговора и его последствий, — в книге замечательного американского историка Барри Штрауса.
Вождям заговора требовалось определенное число участников. Прежде всего, нужно было достаточно людей, чтобы окружить Цезаря и отбиться от его сторонников, — но не так много, чтобы заговор вскоре обнаружили. Старые друзья были предпочтительней новых знакомых. Не подходили также ни опрометчивые юноши, ни немощные старики. Требовались люди среднего возраста, мужчины около сорока, как и сами организаторы — Брут, Кассий и Децим. Потенциальных новобранцев проверяли тщательно продуманными и, на первый взгляд, отвлеченными вопросами.
Итак, люди отворачивались от Цезаря. Одно дело — лишиться поддержки Брута и Кассия. Они многим были ему обязаны, но не могли считаться в полном смысле слова «его» людьми и когда-то даже сражались за Помпея. Другое дело — потерять Децима, человека, который следовал за ним годами, прошел Галлию, гражданскую войну и многое другое. Но именно это и произошло. Около восьмидесяти лет спустя мыслитель и политик Сенека утверждал, что в этом заговоре участвовало больше друзей Цезаря, чем его врагов. И, похоже, Сенека был прав.
Согласно Николаю Дамасскому, заговорщики из числа друзей Цезаря включали его товарищей по гражданской жизни, офицеров и солдат[78]. Историк признаёт, что некоторые присоединились к заговору, поскольку видели, как государственная власть сосредотачивается в руках одного человека. Многих также впечатлял статус организаторов покушения, особенно семьи Брута. Но Николай подчеркивает их низкие корыстные мотивы: они считали, что диктатор обошел их наградами или был слишком благосклонен к бывшим сторонникам Помпея. Он отмечает, что так считали некоторые из воинов Цезаря — как офицеры, так и рядовые. Что касается политиков, то некоторые хотели заменить Цезаря и занять ведущие посты в Риме. Известная политика Цезаря — даровать помилование его противникам в гражданской войне — у одних вызывала благодарность, у других — ничего кроме гнева.
Николай считает политику милосердия (clementia) Цезаря главной причиной недовольства заговорщиков. С одной стороны, милосердие диктатора раздражало некоторых его давних сторонников, которые хотели видеть своих противников мертвыми, а не назначенными на должности наравне с ними. С другой стороны, это вызывало досаду и у бывших сторонников Помпея. По словам историка, им было не по душе получать в качестве одолжения то, чего они могли бы добиться самостоятельно. Катону крайне не нравилось то и дело выслушивать высокомерные заявления Цезаря: дескать, тот может «помиловать» своих врагов. Такие же доводы против Цезаря приводит другой античный автор: «…Милосердие первого в государстве человека было побеждено ненавистью, сама возможность получать благодеяния была невыносимо тяжела для свободных людей».
С точки зрения Николая Дамасского, заговор был скорее вопросом придворных интриг и мелкой зависти, нежели свободы и верности Республике. Возможно, этот вывод — следствие его собственного жизненного опыта. Прежде чем оказаться при дворе первого римского императора Августа, он служил при дворе печально известного царя Ирода в Иудее: там не было недостатка в интригах. Затем он оказался наставником детей Антония и Клеопатры, и этот пост также не свидетельствует о его «политической невинности». Взгляд Николая отражает также конъюнктуру последних лет его жизни: он поддерживал правление Августа, монархию, с точки зрения которой заговорщики выглядели злодеями.
Зависть — примитивная эмоция, легко различимая у детей и животных. Но даже взрослые и адекватные римляне могли досадовать на Цезаря. Так много таланта, так много удачи и так много власти — у одного человека! Конечно, из одной зависти заговор, вероятно, и не родился бы, но это чувство наверняка подстегивало заговорщиков.
Николай не упоминает еще один важный мотив — страх перед восхождением Октавиана. Но поскольку автор и сам служил при дворе Октавиана Августа, вряд ли он мог включить этот аргумент в свое повествование. При жизни Цезаря многие недооценивали будущего правителя, пока тот был молод и обаятелен, но некоторые наверняка чувствовали угрозу со стороны молодого фаворита, особенно когда он присоединился к армии, выступавшей в поход на Парфию.
То была не первая измена друзей Цезаря. В 49 г., в начале гражданской войны, Цезарь потерял Тита Лабиена, который являлся его правой рукой во время войны в Галлии. Прежде они были политическими союзниками, и в 50 г. Цезарь предложил Титу Лабиену поддержку на консульских выборах. И всё же в гражданской войне тот встал на сторону Помпея. Почему же?
78
Рядовые легионеры и даже центурионы не входили в состав заговорщиков, они были для этого слишком низкого ранга. Участниками заговора, насколько мы знаем их поименно, являлись только лица сенаторского сословия. У Николая говорится лишь о недовольстве солдат и офицеров.