Неистовый [litres][Ruckus]

Дин заехал за мной на старом красном пикапе с удлиненной кабиной. Я даже не представляла откуда он его откопал, но так сильно хотела убраться отсюда, что без раздумий запрыгнула бы в огромный автобус с незнакомцами в балаклавах, предлагающими странные конфеты.

Я не собиралась пускаться во все тяжкие, по крайней мере, не планировала этого. Просто хотела заполучить несколько спокойных минут с кем-нибудь, кто не станет меня критиковать.

Поэтому, когда Дин остановил машину перед воротами виллы, я подбежала к нему, вскочила на пассажирское сиденье и пристегнула ремень безопасности.

Я выглядела просто ужасно в джинсовой юбке и мешковатой белой футболке с логотипом Ассоциации ортопедов – ее Даррен привез с конференции в начале этого года, – а после пятичасового перелета и беспокойного сна на голове творился кавардак.

– Поехали, – приказала я, глядя вперед.

У меня все еще не укладывалось в голове, что моим спасителем стал Дин «Рукус» Коул. Но это лишь подтверждало, насколько мне сейчас плохо. Поэтому я и не стала смотреть на него. Побоялась, что он сможет понять по моим глазам, какие чувства бушевали во мне. Сможет увидеть уродливую правду.

Он не стал спрашивать куда ехать. А просто достал бутылку бурбона Jim Beam и добавил:

– Опусти стекло. Я включу какую-нибудь музыку.

Впервые в жизни меня порадовало, что он страдал от алкоголизма. И тут же схватила бутылку.

– Твое здоровье. – Я приподняла ее в воздух, а затем сделала щедрый глоток.

В течение часа мы бесцельно кружили по Тодос-Сантосу. Мимо парка Свободы, мимо Школы Всех Святых и хорошо освещенной пристани для яхт, которая привлекала туристов со всего мира. Соленый океанский бриз овевал мое лицо, даря некоторое утешение. Я сделала еще один глоток. На «Пиратской радиостанции» крутили грустные песни о любви на испанском, и хотя я не понимала ни слова, от них все равно щемило сердце. Так что постаралась использовать это время, чтобы успокоиться и напомнить себе, что все в порядке.

К этому моменту я уже выпила половину бутылки. Но перед глазами все плыло, а пальцы дрожали на горлышке Jim Beam совершенно не поэтому. Нет. А из-за пожирающего меня гнева.

Как ты можешь привередничать?

У тебя появился шанс, но ты его упустила.

К черт их. Пусть засунут себе тридцатиметровый шест в задницу.

Дин все это время молча вел машину, давая мне пространство, в котором я так нуждалась, и при этом выглядел до смешного сексуально. Наверное, он единственный из Четырех Беспутных Хулиганов, кто действительно обладал хоть какими-то зачатками эмоционального интеллекта. Правда, об этом вряд ли бы кто-то догадался, поговорив с ним. Или по его внешности. Дин прекрасно вжился в роль наркомана. И никому не позволял увидеть, каким был на самом деле.