Дочь лжеца [litres][The Liar's Daughter]

Мое детство.

В нем всегда присутствовали родители и Коммуна. Поэтому эти мысли нужно охранять подобно таким важным органам, как сердце или легкие.

– Тогда как насчет самого приятного воспоминания? – не получив ответа, предлагает Люндхаген. – Что первым всплывает в сознании?

– Плавание, – не раздумывая, тут же откликаюсь я.

– Можешь рассказать подробнее?

Помолчав минуту, я все же принимаюсь описывать:

– Мне кажется, я тогда была совсем маленькой. Мама отвела меня на урок плавания в бассейн, а затем мы пошли в парк и ели мороженое. В тот день она выглядела такой счастливой: смеялась и глупо себя вела, даже мазнула меня по носу лакомством.

А в детстве, еще до переезда в поселение, матушка каждый вечер перед сном читала мне «Пеппи Длинныйчулок» или «Удивительный волшебник из страны Оз», заплетала мне и себе волосы.

Глаза начинает щипать, и я вонзаю ногти в ладони.

– Звучит чудесно, Пайпер. Ты находилась тогда с Анжелой или с Джинни?

Комната погружается в сумрак, все цвета пропадают, словно кровь вытекает из вскрытых вен.

– Вы знаете имя моей матери? – Доктор кивает. – А что еще вы знаете о моих родителях?

– Их зовут Кертис и Анжела Блэквелл, возраст сорок один и сорок соответственно.

– Что еще?

Он перелистывает несколько страниц в блокноте и отвечает:

– Кертис родился в городе Корона, штат Калифорния. Отец был священником в маленькой церкви, а мать – домохозяйкой. Анжела выросла в Миннеаполисе, штат Миннесота. Ее отцу принадлежал бизнес по переработке зерна.

Отец и матушка никогда не рассказывали нам о своих родителях, так как те не верили в дело Коммуны.

– Мои дедушки и бабушки до сих пор живы?

Доктор сочувственно качает головой.

– Папа Кертиса умер от рака два года назад, а мама покончила жизнь самоубийством, еще когда сын был маленьким. Родители Анжелы тоже погибли около десяти лет назад: отец от рака, мать – от сердечной недостаточности.

– Я этого не знала, – шепчу я, опустив голову и разглядывая ковер.

– Кертис и Анжела многое от тебя утаивали, Пайпер.

– Они делали так, как считали необходимым, в наших интересах, – откликаюсь я, стараясь не повышать голос. Нельзя угодить в еще одну ловушку собеседника.

– Думаешь, они всегда поступали правильно?

– Конечно, – без раздумий отвечаю я.

– А ты помнишь примеры, когда они совершали ошибки?

Отец как-то раз заставил нас поститься неделю, и я так обессилела, что упала в обморок, разбила колено о камень, и кровь рекой хлестала из раны. Тогда это было объявлено как великая жертва, но все происходившее напоминало скорее наказание, которое я ничем не заслужила.

– Мои родители – замечательные люди.

– Даже замечательные люди иногда бывают неправы.

– А вы сами когда-нибудь допускали ошибки по отношению к детям?

– Слишком много раз, – усмехается доктор.

– Значит, отец с матерью другие. Они лучше вас.

– И все же они всего лишь люди. Мы все совершаем ошибки, даже они.