Жизнь Отечеству. Честь никому. Памяти адмирала Ивана Ивановича Чагина [litres]
- Автор: Чагин Станислав Павлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Горизонт
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Жизнь Отечеству. Честь никому. Памяти адмирала Ивана Ивановича Чагина [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Бабушки хорошо знали эту гимназистку, так как учились с ней в Ялтинской гимназии. Имени её припомнить не смогли, но прекрасно помнили её распущенность в отношении мужского пола. В этом отношении её «знали» многие чины на яхте. Поэтому не удивительно, что недоброжелатели адмирала выбрали именно её в качестве «подсадной утки», чтобы оклеветать человека. Но спектакль на этом не закончился. Очевидцы вспоминали, как эта гимназистка устроила сцену отчаяния на похоронах адмирала и пыталась броситься в могилу со стенаниями.
Кроме этого, адмирал писал, что в подмётных письмах Николаю II и Императрице анонимы намекали на ухаживание И.И. Чагина за одной из Великих княжон, без указания конкретного имени. И здесь опять всплывают имена интриганов Вырубовой и Распутина. Именно они, умело плели сети интриг и их воздействие на газеты, а значит и на умы населения имело решающее значение. Очевидно, что этот удар был нанесён в самое сердце. Настало охлаждение в отношениях императорской семьи и адмирала. Честь и долг, девиз дворянской семьи, древнего рода Чагиных были поставлены под удар. Очевидно, именно это, пережить было невозможно.
Из воспоминаний Любови Владимировны Чагиной: «Ходили слухи, что гимназистка вступала в интимную близость со всеми нижними чинами яхты, что тоже не могло ускользнуть от внимания царственного семейства, тем более, как было указано выше, об этом, безусловно, докладывалось «наверх» заинтересованным тандемом Распутин-Вырубова! В дальнейшем гимназистка вышла замуж за английского моряка, уехала с ним за границу и окончила свой жизненный путь на Кипре или Крите. Доподлинно не известно!»
Сделаем отступление, но следующий материал я посчитал привести необходимым, ибо чужое грязное бельё может вызвать интерес у определённой части публики, мы же уповаем на честь офицера!
Русские офицеры не прощали оскорблений даже Императору.
«Дождливым мартовским днем 1869 года в Санкт-Петербурге хоронили офицера. За его гробом до самых ворот городского лютеранского кладбища шел цесаревич Александр Александрович, будущий император Александр III. Покойный покончил жизнь самоубийством. Суицид – тяжкий грех для христианина. За него невозможно покаяться и, следовательно, получить прощение от Бога. Человек, которому жизнь дана свыше, бросает вызов Творцу, намереваясь так распорядиться Его даром. Самоубийц по церковным канонам не отпевают и не поминают. Их должны хоронить на отдаленном участке кладбища.
Однако этого самоубийцу отпевали и хоронили как безгрешного христианина. Для этого было получено благословение от епископа. Вероятнее всего, самоубийцу признали психически больным, невменяемым в момент совершения суицида. Поэтому высшая церковная власть разрешила отпевание. А был ли офицер невменяем? Или его добровольный уход из жизни состоялся по другой причине? Ведь он имел высокие награды, был талантливым военным инженером-артиллеристом и отважным воином»[72].
Делать выводы преждевременно, но эта публикация наталкивает на определённые мысли, от которых не уйти и не спрятаться! Речь идёт о вине наследника престола в гибели офицера. Именно, гибели, а не самоубийстве, как в случае и И.И. Чагина.
Невозможность своевременно исполнить приказ императора привела к роковым последствиям для генерала Д.А. Герштенцвейга.
Иван Нечаев. Портрет генерала Даниила Александровича Герштенцвейга. 1848
Мы же говорим о капитане Карле Ивановиче Гунниусе (1837–1869). Российская цензура в те и последующие годы не пропускала сведений негативного содержания в отношении представителей царствующей династии. А в смерти этого офицера определенная доля вины лежит на наследнике российского престола. Поэтому о трагической истории долгие годы умалчивали. В наше время авторы упоминают о судьбе офицера, публично оскорбленного цесаревичем, но не называют его имени.
Мы знаем, что и некоторые представители царской династии были отнюдь не безгрешны!
Не называл его и Петр Кропоткин в своих «Записках революционера». Вот что говорится в мемуарах идеолога анархизма: «Я знал в Петербурге офицера, шведа по происхождению, которого командировали в Соединенные Штаты заказать ружья для русской армии. Во время аудиенции цесаревич дал полный простор своему характеру и стал грубо говорить с офицером. Тот, вероятно, ответил с достоинством. Тогда великий князь пришел в настоящее бешенство и обругал офицера скверными словами. Офицер принадлежал к тому типу вполне верноподданных людей, держащихся, однако, с достоинством, какой часто встречается среди шведских дворян в России. Он немедленно ушел и послал цесаревичу письмо, в котором требовал, чтобы Александр Александрович извинился. Офицер напишет также, что если через двадцать четыре часа извинений не будет, то застрелится… Александр Александрович не извинился, и офицер сдержал свое слово… Я видел этого офицера у моего близкого друга в тот день. Он ежеминутно ждал, что прибудут извинения. На другой день его не было в живых. Александр II, разгневавшись на сына, приказал ему идти за гробом офицера. Думается, именно эти черты характера Александра III прежде всего сказывались в его отношениях с зависимыми от него людьми. Поэтому он не принял всерьез угрозу офицера. Цесаревич, видимо, уже привык в тот период к иным понятиям о чести и достоинстве в своем окружении».
72
Сергей Петрович Тюляков – член Союза журналистов Москвы. «Жертвы поруганной чести».