Жизнь Отечеству. Честь никому. Памяти адмирала Ивана Ивановича Чагина [litres]

Из книги Георгия Зуева Петербургская Коломна:

«12 ноября 1907 года в зале морской библиотеки Главного Адмиралтейства в Санкт-Петербурге состоялся суд над виновниками аварии, в их числе находился и командир «Штандарта». Суд, ввиду боевых заслуг И.И. Чагина в Цусимском сражении, объявил ему выговор и отстранил от командования императорской яхтой. Кассационный же суд 21 декабря 1907 года полностью оправдал его и восстановил в командовании «Штандартом». Его даже зачислили в свиту царя и произвели в контр-адмиралы. Однако после этой аварии и суда морские, и особенно гвардейские офицеры резко изменили отношение к Чагину, считая его виновным в происшедшем… Через несколько дней его нашли в кресле у письменного стола в одном нижнем белье… и без головы: контр-адмирал И.И. Чагин застрелился у себя на квартире в Санкт-Петербурге, зарядив оба ствола охотничьего ружья и налив в них для надежности воды. Какого-либо письма он не оставил, поэтому пошли различные сплетни и домыслы о причинах его самоубийства.

Любопытно, что через несколько лет после смерти командира «Штандарт» снова едва не потерпел аварию, получив вмятину в борту все в тех же финских шхерах».

Оба адмирала родились примерно в одной местности. Нилов в селе Мураново, Чагин в деревне Бурашево. Между ними около 200 километров. Мистика? Нет, факты. К этому можно относиться по-разному, но для меня является очевидным, что адмиралы не могли стреляться по такому «пустяковому» случаю.

Документальными и литературными исследованиями, а также сбором местного материала о К. Нилове, записями воспоминаний жителей Кацкого стана, – древней Угличско-Мышкинской территории Ярославского Верхневолжья, занимались кроме директора угличского филиала Госархива Ярославской области Т.А. Третьяковой, краеведы В. А. Гречухин из Мышкина и С.Н. Темняткин из села Мартынова Мышкинского района.

Все трое широко известные и уважаемые краеведы, исследователи с большим стажем, многими опубликованными работами, читать которые – истинное удовольствие. Они написаны виртуозно и увлекательно, а главное, проникновенно. Они побуждают к осмыслению и желанию понять ранее недоступные нам страницы о событиях начала 20-го века в истории России, вдохновляют на поиск новой информации, где каждая крупица, каждый штрих оживляет образы давно ушедших соотечественников.

И опустевшие места, где были усадьбы российских дворян Ниловых и Чагиных, старосветских помещиков, начинают притягивать к себе следами, еле заметными знаками, которые еще различимы среди одичавшей природы, мест безлюдных, но не забытых по именам.

Их судьбы тесно переплетены коллизиями истории и прекрасно отражаются в этих нетленных строках, которые можно смело отнести и к И.И. Чагину: