Даркут. Великий перелом

Рядом с женщиной стояли две повитухи. Одна заметила упавшее перышко, подняла голову. Наверху сидел ворон и с любопытством разглядывал кибитку.

– На ваше жилище опустился ворон, госпожа Инкаим, – сказала повитуха роженице. – Шаманы говорят, что ворон посланец небес. Это хороший знак. Скоро вы родите здорового малыша, на радость Муга-шаду.

Женщина снова закричала, сильнее, чем прежде.

Ворон переступил по жердочке. Каркнул.

Повитухи внизу засуетились. Ребенок начал выходить из лона матери. Женщина кричала, а между криками тяжело и часто дышала. Повитухи просили ее напрячься.

Наконец младенец появился на свет. Одна из повитух, постарше, перевязала ему пуповину и подняла младенца на руки. Весь измазанный и уставший, он широко разевал рот, но не издавал ни звука.

– Почему молчишь, маленький господин? – спросила повитуха. Перевернула младенца на живот, легонько стукнула по спине. Младенец продолжал молчать.

– Дай… – прошептала мать. – Дай его сюда.

Повитуха передала младенца женщине. Та взяла его на руки и положила на грудь. Мокрые от пота волосы прилипли ко лбу матери, и она откинула их.

Одна из повитух, помладше, тихонько ткнула другую в бок. Указала на руки младенца. Старшая повитуха вгляделась в кулачки ребенка и ахнула, тут же зажав рот.

Сжатые ручонки были испачканы кровью. Пытаясь найти материнскую грудь, младенец как раз раскрыл кулачки. Кровь липким ручейком потекла из его ладоней на тело матери. Старшая повитуха подошла и осмотрела ручки. Никаких ран. Младенец родился с кулаками, полными крови.

– Это плохой знак, – сказала старшая повитуха. – По поверьям, когда он вырастет, то утопит весь мир в крови.

Инкаим гневно вскинула голову.

– О чем мелет твой длинный язык? Уж не хочешь ли ты сказать…

Где-то снаружи взревел зуброний рог. Сначала аил притих, а затем раздались крики.

Ворон поглядел по сторонам. Со степи на поселение, поднимая тучи пыли, надвигалась лавина всадников на гаурах. Они улюлюкали и махали клинками над головой. И когда только успели наскакать, ведь не было же их?

Из аила навстречу выбежали вооруженные люди. Мужчин мало, ушли с Магу-шадом в ставку каана. Остались в основном старики и подростки. Женщины с заряженными луками притаились на окраине аила.

Всадники с разбегу, не останавливаясь, набросились на защитников. Отбрасывали грудью антилоп, рубили головы. Упавших топтали копытами гауров. Отдельные умельцы накинули арканы и со смехом тащили жертву по земле вслед за своим бегущим гауром.

Несмотря на тяжкие потери, поселенцы не отступали. Они упрямо совали копья всадникам в грудь. Выбивали атакующих из седел и кололи уже лежащих на земле. Женщины и дети стреляли в чужаков из луков.

Опустил ворон голову, глухо каркнул, передернул крыльями. Словно удивлялся человеческой жестокости.

Враги меж тем одолели яростное сопротивление поселенцев. Растеклись потоком по аилу, рубя уцелевших. Врывались в кибитки, убивали стариков и детей. Рыдающих женщин тащили за волосы. Поджигали кибитки и повозки. Скот сгоняли в стадо, готовя к угону.